Становление личности. Часть 1 (из 2)
0

Нурсултан Назарбаев родился 6 июля 1940 года. Замечено, что многие великие люди, известные исторические личности были выходцами из провинции. Назарбаев в их числе. Его пред-ки жили в селе Чемолган, находящемся в Каскеленском районе Алма-Атинской области. И дед, и весь род Назарбаевых не были степняками. Само по себе это не являлось редкостью для казахов. Назарбаевы жили у подножия Алатау, на лето поднимаясь высоко в горы. Некоторая изолированность от общества, особое осознание своей близости к природе благотворно сказывались на психике ребенка. Не случайно яркие впечатления детства слились в один символический образ: "Чего было вдоволь - так это синего неба над снежными вершинами Алатау, яркого солнца и воздуха. Неповторимого горного воздуха моего дет-ства”. Для ребенка горное лето было особенно привлекатель-ным. Глаза вбирали альпийское богатство красок природы, а корни трав, душистые ягоды пробовались на вкус. Как знать, может быть, и горный воздух, и разнотравье сыграли свою роль в формировании физической выносливости будущего Прези-дента.
Один яркий эпизод из детства навсегда остался в памяти. Ему было шесть лет, когда корь прихватила мальчика в самый разгар лета, в момент, когда семья уходила в горы. Июль, страшная жара, духота, пыль столбом поднимается из-под копыт лошадей, быков и долго стоит в воздухе. Тело, казалось, горит, неимоверно чешется, а медицинской помощи - никакой! Маленького больного завернули в кошму, положили на телегу и повезли неспешным воловьим шагом. Он помнит только, что, задыхаясь, кричал: "Мама, мама!” Но чем она могла ему по-мочь? Только тем, что напоить и вновь завернуть в кошму. Полтора месяца маленький Нурсултан боролся со смертью. Выжить в такой ситуации было чудом. Но он выжил. И с той поры окреп и физически развился так, что уже никакая болезнь не могла свалить его с ног.
Судя по детским впечатлениям, его психика отличалась тонкой организацией, что и не удивительно, если обратиться к генетическому коду со стороны его матери, лучше которой "никто в селе не пел и не импровизировал”. Его мать была дочерью "раскулаченных, в числе таких же строила серпантинную дорогу в горы. Там-то ее и встретил будущий отец Назарбаева. Он увез молодую жену в горы, на чистый воздух, в тишину, где и родился Нурсултан.
Музыкальные задатки мальчика были настолько сильными, что он, почти не прилагая усилий, научился играть на домбре. Стоило ему взять ее в руки, как через некоторое время ему ста-ло казаться, что вместе с ней он и родился. Эти наклонности очень помогали ему переносить тяготы изнурительного крес-тьянского, а позже и труда рабочего-металлурга, скрашивали часы досуга.
Назарбаев родился, жил, воспитывался в семье и школе в сталинскую эпоху. Ему было тринадцать лет, когда Сталин ушел из жизни. К 1940 году советское общество достаточно прочно утвердилось как тоталитарное. Не было господствующего класса, отсутствовало социальное расслоение. Общество делилось лишь на профессиональные группы, не обладающие реальной властью. Власть была одна - партийная, которая и пронизывала общество на всех уровнях. Жизнь каждого советского человека четко регламентировалась. Казахский народ, как и другие народы, строил коммунизм.
Нельзя сказать, что такое государственное устройство было приемлемым для Казахстана. Но, видимо, нельзя и утверждать, что оно полностью отвергалось. Из истории мы знаем, что то-талитарным было государство, созданное ханом Кенесары. Сам Кенесары Касымов был ярым сторонником централизации вла-сти в ханстве. Отсюда и его стремление исключить раздоры между влиятельными феодалами. Он строго наказывал винов-ников межродовых споров, столкновений, осуждал барымту. Но хан не церемонился и со своим народом, топя в крови те казахские роды, которые отказывали ему в поддержке. Очевидно, тенденция к тоталитарности государственного устройства в сознании исчезает далеко не сразу. Если учесть, что и русская государственность была исконно тоталитарной, то образование советского государства не противоречило сознанию наших народов. Напротив, оно отвечало самым сокровенным народным желаниям в силу того, что уничтожало эксплуатацию человека человеком.
Коммунистическая идеология, которая проповедовала соци-альную справедливость, отвращение к капитализму и буржуа-зии, признание диктатуры пролетариата, представала на уровне религиозной идеологии и потому отвечала идеалам большин-ства населения Советского Союза. Чем интересна религиозная формация души человека? Тем, что она будила устремленность к бесконечному, к вечному, то есть к будущему. В этом суть че-ловеческой веры. Идеи коммунизма для одних представали в виде научных знаний, для других - обернулись верой. И казахи, и русские легко приняли их.
Все это в совокупности являлось сильной опорой государ-ства, создавало равновесие даже в пору политических конф-ликтов, так как правительство моментально реагировало на создавшуюся ситуацию и старалось ее урегулировать. Главное, что признавал народ, - это правительство, которое могло и умело править. Историческая суть сталинизма состоит в социально- экономической обусловленности антиномичности души советского человека, в которой наряду со стремлением к мощи и богатству государства, к порядку и дисциплине живет неугасимое желание быть свободным. Но свобода мыслится им лишь в рамках данной системы. Тот, кто не выпадал из нее, вписывался в коллективистский образ жизни, получал свободу в наивысшем ее проявлении. Ему казалось, что он сам строит свою жизнь. Так жили и родители Назарбаева.
Не удивительно, что Нурсултан Назарбаев, как и многие его сверстники, не стоял перед выбором: как жить дальше, дости-жению каких целей посвятить себя. Его выбор был определен устройством государства. Ему предлагалась свобода коллективного строительства счастливой жизни. Главное, что им двигало - страстное желание завтра жить лучше, чем сегодня.
В юношеские годы Назарбаева советская власть была един-ственной властью, заинтересованной в изменении социальных условий жизни людей. А это не давалось само собой. Он знал, как родители изматывали себя изнурительным трудом, работая почти круглосуточно. "Я просто не помню, когда отец спал или хотя бы присел на минуту”. Такое же отношение к труду было и у матери, занимавшейся выращиванием свеклы. И оно при-вивалось и передавалось детям.
Детские годы, когда многое в человеке закладывается на всю жизнь, оставили печать в памяти мальчика.
В сознании Назарбаева Казахстан изначально складывался как страна многонациональная. Сам того не подозревая, он ва-рился в таком кипящем котле, где взаимообогащение культур протекало естественно. "Отец хорошо говорил на языке депор-тированных балкар, считался среди них своим ... Через год и мне не составляло труда заговорить вполне сносно по-русски. Запросто общался с балкарцами, турками, мог понять чеченца и даже с немецкими детьми время от времени словечком на их языке перебрасывался”.  Трудно переоценить всю значимость этих явлений для складывающейся личности юноши. В его глазах все народы Казахстана были равноправными созидателями казахской государственности.
До 1929 года отец Назарбаева был батраком в зажиточной русской семье Никифоровых. Одиннадцатилетним пришел он в эту семью. Быстро выучился говорить по-русски, освоился в крестьянском хозяйстве, а с годами стал прямо-таки незамени-мым работником. Умел и сапоги тачать, и землю пахать, и с мельницей управляться, и прибыльно торговать на ярмарке. Иными словами, диапазон его сферы деятельности значительно расширился благодаря русским. Почти безграмотный человек, он умел, например, скрещивать фруктовые деревья. Все приходили в сад и смотрели, как на чудо, на диковинные плоды или на яблоню апорт, с одной стороны которой свисали ... гру-ши. 
Поэтому-то о русских у мальчика остались самые теплые и добрые воспоминания. "Никогда отец обид от русских не знал”. Такая психологическая установка, исходящая от отца, не могла пройти бесследно для юноши. Позже, уже будучи Президентом
Казахстана, Назарбаев, мысленно обращаясь к прошлому, кон-статирует: "Я вот теперь думаю, сколько бы пришлось ставить решеток в моей маленькой и невзрачной смешанной русско- казахской чемолганской школе, если бы вместо учителей... в ней работали нынешние ревнители "национальной чистоты”? Были у них и русские, и казахские классы, и в тех, и в других учились дети разных национальностей. Бывало - и дрались "стенка на стенку”, улица на улицу. Но никогда команды "бой-цов” по национальному признаку не делились. Да и как разде-лить, если к дому казахской семьи лепился дом турка-месхе- тинца, а в следующих жили Богдан, Рихард, Олег.(1)
Так закладывалась мощная интернациональная основа будущей неординарной личности. Многие сущностные черты Назарбаева-политика и руководителя сформировались среди людей различных национальностей, занимающихся тяжелым физическим трудом. Для него, простого человека, депортиро-ванные народы, например, никогда не были врагами. Более того, политическая жестокость по отношению к ним растворялась в бытовой обстановке. Они были поставлены вровень с людьми, принявшими их в свою среду. Всех их объединяли общее горе и общая радость победы над фашизмом, надежды на лучшую жизнь.
Главным стержнем единения было внимание к человеку физического труда. Плохо ли, хорошо ли оно проявлялось, но оно было. Отсюда и устремленность к светлому будущему, в которое искренне верили, благодаря чему многие тяготы жизни переносились как временные. Может быть, поэтому лица окружающих Назарбаева людей не были хмурыми и непривет-ливыми, а, напротив, много было улыбок и смеха. Характер мальчика закалялся в физическом труде, крепло и его уважение к людям различных национальностей, не опускавших руки в самые трудные для них времена, многое умеющих и делающих это профессионально.
Воспитанный в семье, где знали цену физического труда, Нурсултан Назарбаев перенес и в сферу умственного труда уме-ние работать, чувство ответственности за дело, которым зани-мался. Привыкший выполнять работу добросовестно, мальчик так же серьезно отнесся и к учебе в школе. Он не был пример-ным, пай-мальчиком. Крепкий, здоровый, физически закален-ный, он не раз в драках утверждал себя. Находясь среди свер-стников, не только отдавал должное физической силе, но, что очень важно, и силе ума. Он был честолюбив, стремясь во всем быть первым. Да и само время способствовало его устремле-ниям. Обучение было бесплатным, доступным всем. При шко-лах создавались библиотеки, в которых наряду с книгами клас-сиков русской и зарубежной литературы, находились и книги казахских писателей. Страна жила небогато, но на образование не скупилась и, как оказалось впоследствии, создала тем самым огромный национальный капитал, что проявилось в подъеме ее экономики.
Учеба давалась мальчику легко. Трудности представляла сама жизнь того времени. В школу будили зимой по петуху: часов не было. Один по снегу брел он километров шесть-семь, и все равно приходил в пять-шесть часов утра. У печки досмат-ривал утренние сны. "Для домашних занятий одно время оста-валось — ночь, потому что дел в хозяйстве всегда невпроворот... Зато время научился ценить на вес золота.”
Любимым занятием было чтение. Какая-либо система в этом отсутствовала, читал все, что под руку попадет: Пушкина, Лермонтова, Льва Толстого, Горького. Из казахских классиков - Мусрепова, Мустафина, Ауэзова, Муканова. Но особым спро-сом у него и его сверстников пользовались фантастика и при-ключения. "Как магнитом притягивал нас совершенно необыч-ный, незнакомый, но такой привлекательный мир героев Дюма, Конан Дойла, Беляева, Хаггарда, Купера. И мы пытались хоть как-то материализовать его в своих играх: были у нас свои че- молганские мушкетеры и Шерлоки Холмсы, краснокожие ин-дейцы и бледнолицые следопыты.”  Можно представить, ка-кие восхитительные картины рисовались детскому воображе-нию. Мальчик жадно впитывал отношения людей различных эпох, мысленно уносясь в опасный, непохожий на действитель-ный, и потому такой прекрасный мир.
В 1954 году, когда Нурсултан Назарбаев окончил семилет-нюю школу с аттестатом, в котором среди пятерок была всего одна четверка, в стране начали развиваться принципиально новые производства - химия полимеров, электроника. В облас-ти же сельского хозяйства нарастаии кризисные явления. Уро-вень жизни в деревне, страдающей из-за почти неоплачиваемо-го труда, был просто нищенским. В семье Нурсултан Назарбаев был старшим из детей, видел, как по-прежнему трудно ей живется. "Тогда у меня было одно желание: скорее пойти рабо-тать, чтобы своим заработком хоть как-то облегчить участь се-мьи.” Заметим, что мысли Назарбаева о предстоящем труде не расходились с представлениями о жизни породившей его сре-ды. Ведь в их роду никогда не было людей интеллектуального труда. И быть бы ему крестьянином, если бы не произошедшие перемены в стране.
А время для Казахстана наступало необычное: на смену ориентации на "индустриализацию” за счет подавления аграрного сектора пришел плановый подъем сельского хозяйства. Наряду с негативными моментами в жизни деревни того времени было много и прогрессивного. Село впервые получило в пользование технику, что позволило в какой-то мере заменить людей, уходящих на стройки и заводы. Одновременно с этим с 1954- 1955 годов Пленум ЦК ориентировал казахстанцев на освоение целинных земель. В год окончания Назарбаевым школы в республику начали прибывать механизаторы, инженерно-технические работники, специалисты сельского хозяйства, стала поступать мощная сельскохозяйственная техника. Возросла роль ученых в стране, которые принимали участие в отборе, обследовании целинных залежных земель для их освоения.
Была поставлена задача создания мощной индустриальной базы и энергетики, крупного сельскохозяйственного производ-ства, строительства новых городов-. В республике образуются министерства цветной металлургии, геологии. Организация социально-экономической и производственной сфер по узким отраслям и ведомствам повлияла и на систему высшего и сред-него специального образования в республике. Начался массо-вый переход к узкопрофильным учебным заведениям. Не уди-вительно, что в сознании подростка горное дело, металлургия "ассоциировались тогда с геологией”. Четко обозначившийся в Казахстане социальный заказ на людей образованных проявился и в том, что и отец, и мать Нурсултана Назарбаева, несмотря на отсутствие в их роду людей грамотных, постепенно склонялись к мысли о необходимости продолжения учебы сына. О том же в один голос твердили и директор школы, и учителя.
Принятие такого решения чабанской семьей было значительным шагом, победой в развитии сознания советского человека. Лишиться кормильца семьи, отправив его учиться, было далеко не обычным делом в крестьянской среде. Очевидно, что
Назарбаевы хорошо понимали неизбежность и необходимость такого шага. Десятилетнее базовое образование дало юноше преимущества по сравнению с его сверстниками. Он получил знания, на основе которых мог ориентироваться в меняющихся социально-экономических отношениях в стране. Тем более, что к 1958 году вновь началось форсированное строительство объектов крупной индустрии, что породило перемещение огромных масс людей из деревни в город. И в этом отношении судьба Нурсултана Назарбаева и его семьи показательна: разрушался привычный уклад жизни.
После окончания в 1958 году десятилетней школы Назарба-еву предстояло определить свой дальнейший путь: работать или учиться. И вновь он ощутил поддержку отца, когда решил поступать в Казахский государственный университет в Алма-Ате. В сущности, была предпринята первая попытка вырваться из своей среды. "Не забуду, как отец продал единственного бычка и деньги - по старому 2800 рублей - отдал мне.”
Это был первый серьезный самостоятельный поступок в жизни Нурсултана Назарбаева, последствия которого не могли изгладиться из его сознания очень долго. Впервые он столк-нулся с несправедливостью, которая не сломила его, а явилась стимулом в работе над собой, обострила стремление добивать-ся в жизни успехов с помощью своих личностных качеств, а не в расчете на поблажки окружающих людей. Речь шла о посту-павших в вузы по телефонным звонкам. Разговор с отцом вдруг как бы заново открыл юноше глаза на мир: оказывается есть те, которых называют "сильными мира сего”. Их дети не привыкли работать в поте лица своего, но имеют гораздо больше прав, чем сельский юноша. В глубине души Нурсултан Назарбаев не смирился со сделанным им открытием и потому молча выслушал своего отца, покорность судьбе которого брала юно-шу за живое. Он уважал старших, и потому свое несогласие с ними никогда не пытался проявлять. Но для себя соответству-ющие выводы сделал.
После неудачи, постигшей при поступлении в университет, Назарбаев, казалось бы, вновь зажил прежней жизнью. Но чес-толюбие, помноженное на юношеский максимализм, не давали покоя. Однако жизнь в стране бурлила: продолжался подъем целинных земель, форсированно строился Карагандинский металлургический комбинат в Темиртау, развертывалось стро-ительство канала Иртыш - Караганда, Соколовско-Сарбайско- го горно-обогатительного комбината, начинались работы по освоению богатств полуострова Мангышлак. В связи с этим открывались вузы, техникумы, училища для подготовки необ-ходимых кадров. Веяние новой жизни коснулось и семьи На-зарбаевых.
Один яркий эпизод запомнился Нурсултану на всю жизнь. Однажды на улицах Алма-Аты юноша заметил, троих летчи-ков, возвращавшихся с базара с полными сетками сочных алма- атинских огурцов. И ожила сумасшедшая мечта детства! Долго шел он за ними, не решаясь подойти. Наконец, тронул одного за рукав. "Извините, агай, можно с вами поговорить?” И путая казахские и русские слова, чего раньше никогда не было, стал горячо допытываться, как попасть на курсы летчиков. Один из них посмотрел его аттестат, удовлетворенно хмыкнул, и, под-мигнув товарищам, одобрительно сказал: "Козырный” у тебя аттестат, парень! С таким не то что на курсы, и в институт по-ступать не стыдно! А ну, пошли...” И привели его в Управление гражданской авиации республики. По дороге выяснилось, что летчики из Киева, через несколько часов улетают обратно, а ему повезло - в этот день в управлении открывается набор аби-туриентов в Киевский институт гражданской авиации.
Дальше события развивались со сказочной быстротой. Изу-чив его документы, кадровик без особых формальностей вру-чил направление на медицинскую комиссию. А к концу дня он уже твердо знал - годен! Оставались экзамены. Как на крыльях, бежал домой. Но чем ближе, тем медленнее и неувереннее становился шаг. Встретившись взглядом с отцом, и вовсе оро-бел, решил промолчать. И только спустя почти месяц, когда собственными глазами увидел в списке принятых свою фами-лию, собрался с духом и выложил все родным. Отец много го-ворить не стал, собрал во дворе родню, пришли аксакалы. Ста-ли держать совет.
Не пересказать горьких слов, которые довелось ему услы-шать от сельчан. Смысл их сводился к тому, что негоже рвать родные корни, отрываться от земли, вспоившей и вскормившей его, негоже строить свою судьбу втихомолку, тайком от людей... Очень было обидно. Но, может быть, именно тогда он впервые остро почувствовал кровную связь с земляками, понял, как небезразличны им его жизнь и его заботы.  Аттестат пришлось забрать. Может быть, именно в этом жизненном эпизоде прорвалось сдерживаемое прежде желание вырваться из привычной обстановки, зажить другой жизнью, мало похожей на окружавший его мир.
А жизнь в Казахстане кипела. Прежние бескрайние просто-ры степи стремительно меняли очертания. Стройки начинались с нуля в местах, совершенно необжитых, пустынных. В 1928 году английский предприниматель Лесли Уркварт писал в Мос-кву: " Не дадите ли мне возможность поковыряться в Киргизс-кой степи, около Балхаша и дальше? Раньше чем через 50, а может, и 100 лет вы этими местами все равно не займетесь. А я поищу. Может быть, что-нибудь найду.” Англичанин ошибся. Уже с 1929 года начались буровые разведочные работы в При-балхашье, а затем и строительство медно-химического комби-ната. Трудились люди самоотверженно. Пресса создавала ро-мантичный образ современника - патриота, выводящего свою страну на высокий технологический уровень и тем самым ут-верждающего свое право на изменение собственной судьбы во имя лучшего будущего. Чувство собственного достоинства, гордость за себя и свое Отечество пронизывали самые различные сообщения о достижениях народа в передачах по радио, в газетах, журналах, песнях, стихах.
Ради достижения цели по принципу: "Я знаю, город будет, я знаю, саду цвесть”... шли на лишения, бытовые неудобства.
Но многие приезжали на стройку и для того, чтобы просто выжить.
В марте 1958 года, когда Нурсултану Назарбаеву было во-семнадцать лет, Центральный Комитет Компартии Казахстана принял постановление об очередной грандиозной стройке, а Центральный Комитет ВЛКСМ объявил Казахстанскую Маг-нитку Всесоюзной ударной стройкой.
Как-то прочитал Нурсултан в газете "Ленинская смена” о комсомольском наборе в Темиртауское ФЗУ, готовящее метал-лургов. И учиться там нужно только один год, и полное госу-дарственное обеспечение гарантируется (отцу не тратиться на обучение). Показал эту заметку отцу. А тот, поняв, что уже не удержать сына, пожелавшего плыть на волнах новой неведомой им ранее жизни, вздохнув, отпустил его. Перед тем как уехать, Нурсултан, понимая денежные проблемы семьи, три месяца зарабатывал деньги. Осенью 1958 года, получив в райкоме комсомольскую путевку, уехал в Темиртау. Начиналась новая жизнь.
Первые впечатления о Темиртау были удручающи для юноши, только начинавшего постигать жизнь: маленький клочок города посреди огромной строительной площадки. Краны, траншеи, котлованы, груды щебня, песка, горы строительного мусора, палатки, бездорожье. В те дни строились первая доменная печь и электроцентраль. Руководство республики, озабоченное подготовкой местных кадров для будущего комбината, в спешном порядке подбирало юношей коренной национальности для учебы в крупнейших металлургических центрах страны. Часть ребят направили на Урал, на северные заводы, а группу Назарбаева отправили на Украину, в Днепродзержинск. 
В ноябре 1958 года Нурсултан Назарбаев вместе со своими сверстниками прибыл на место назначения - в техническое училище № 8 г. Днепродзержинска. После дальней дороги, ярких впечатлений, связанных с передвижением по огромной стране, приходилось трудиться в непривычных для него условиях. Главное испытание их ждало на заводе. Ребята, дети потомственных животноводов, все время находившиеся на свежем воздухе, вдруг оказались в закрытом помещении среди грохота, огненных искр, сыплющихся, казалось, на головы, "расплавленный чугун течет как вода в арыке - подойти страшно”. Мысль о том, что в этом аду придется провести всю жизнь, выбивала из колеи. Спустя несколько дней кое-кто запросился домой.
Назарбаев представлял, что о них могли говорить на заводе. Его смущали и шокировали слухи о "неполноценности” казахской молодежи. Можно было по-разному реагировать на них. Назарбаев очень болезненно переживал это. Но именно они же стали и мощным стимулом его "самолюбивых устремлений”. Чувство собственного достоинства побудило юношу к таким поступкам и делам, благодаря которым он по-своему заставил уважать как самого себя , так и казахский народ, который он представлял. Да, до сих пор он не видел заводов-гигантов, да, кроме Казахстана он еще нигде и не был. Но жизнь только начиналась, а интересы молодых, независимо от национальности, от происхождения, были общими. И вот на этом-то Нурсултан Назарбаев и сумел показать и утвердить в глазах нового коллектива и себя, и свой народ.
Спустя много лет он с удовольствием вспоминает: "В те годы особой популярностью в Днепродзержинске пользовалась вольная борьба... Пришли как-то в спортзал и мы, просто так, посмотреть. А когда увидели возившихся на борцовском ковре ребят, сразу сообразили, что вольная борьба - это наша родная "казакша-курес”, с которой знаком каждый мальчишка в любом ауле... И когда белобрысый, ладно скроенный крепыш пред-ложил помериться силой, я без раздумий разделся и вышел на ковер. Видок у меня, прямо скажем, был далек от спортивного: вместо трико - обычная майка и длинные "семейные” трусы. Весь спортзал буквально покатился со смеху. А мне хоть бы что. С ходу провел свою любимую "подсечку”, которой терпе-ливо учил меня отец. Смех поутих, зато громко под сводами зала зазвучал азартный, подбадривающий клич моих земляков. Соперник, огорченный первой промашкой, "завелся”, стал го-рячиться. Вот тут-то я его поймал уже основательно: мгновен-ный бросок через бедро, и обе лопатки звонко припечатались к брезенту ковра.” 
Его не смущало, как он выглядел, главное - была сила и смелость духа, отвага и физическая сила. Нурсултану было 18 лет, тот возрастной период, когда огромную роль играет авто-ритет силы. Не случайно старостой группы, в которой он нахо-дился, был Агабек Рыспанов, бывший вор, отличавшийся боль-шим физическим развитием, чем вызывал у окружающих "жи-вотный страх”. Он был и единственным, кто хорошо одевался: все знали, откуда у него вещи, но помалкивали. В училище мно-гие ребята заискивали перед ним...
Но не Назарбаев. Он был физически достаточно сильным, чтобы уступать Рыспанову. К тому же обладал и умом, и знани-ями, которых не было у Рыспанова. Кроме того Нурсултан На-зарбаев совершенно свободно говорил по-русски, он и учился на "отлично”. И держался юноша очень уверенно. Все это в совокупности произвело сильное впечатление на ребят, и они начали группироваться вокруг Назарбаева, избрав его старо-стой группы.
Несмотря на различия в воспитании, обусловленном теми жизненными обстоятельствами, в которых оказывается чело-век, в его сознании формируется образ идеального человека, в котором физическое совершенство гармонично сочетается с духовным. Черты этого идеала в какой-то степени нашли свое воплощение для сокурсников в Нурсултане Назарбаеве. Что интересно, и Рыспанов стал во многом подражать ему. В ре-зультате, он в дальнейшем окончил Днепропетровский техно-логический институт, работал начальником смены. "Оказался непревзойденным знатоком технологии, ну а трудолюбием своим едва ли не в смятение приводил своих коллег и подчиненных”.
Так в трудолюбии и честолюбивых мечтах воспитывалось целое поколение мальчишек, одним из которых был и Нурсул-тан Назарбаев.
На примере Рыспанова Назарбаев уже тогда понял: нельзя делить людей на плохих и хороших. Все это относительно. Главное то, какие идеалы питают они в своей душе. "Живем мы среди тех людей, которых чаще всего выбирать не приходится. Ведь если подумать, даже друзей мы не выбираем, а сходимся с ними по каким-то потаенным жизненным тропам.”  Так про-изошло с Агабеком Рыспановым, который стал Назарбаеву близким другом. Крепко подружился он и с украинским парнем Миколой Литошко, для родителей которого Назарбаев стал как бы вторым сыном. Он так любил эту приветливую семью, что даже собирался жениться на сестре своего друга Наташе. Часто так бывает, что любовь к другу распространяется на всех членов семьи.
Назарбаев достаточно быстро адаптировался в новой жиз-ни. Он привык к цеху, его не пугали грохот, огонь, жар расплав-ленного металла. Все это становилось будничным делом.
Из училища он вышел с восьмым разрядом, высшим был десятый.
На выпускном вечере один из старых мастеров, прощаясь с полюбившимися ему ребятами из Казахстана, стал шутя пред-сказывать каждому из них будущее. ”Ты, - сказал он одному, - до начальника цеха дорастешь, ты, пожалуй, до директора, а вот ты - и мастер ласково взглянул на умное лицо симпатично-го паренька, - во главе правительства станешь”. Тут все начали смеяться, мало кому верилось в такое предсказание, да и не заглядывала молодежь так далеко в свою будущую жизнь, слишком кипучей была настоящая. Видно, уже тогда Нурсултан Назарбаев производил на людей такое впечатление, что и судьбу ему предсказывали необычную. Позже мастер будет гордиться тем, что в юном Назарбаеве разглядел черты будущей Личности.
Между тем в Казахстане развертывались огромные стройки, и ребята с интересом узнавали все новое о своей родине. "Надо сказать, в Днепродзержинске мы каждое сообщение о строительстве Казахстанской Магнитки воспринимали и с радостью, и с тревогой: успеем ли к пуску комбината? Сможем ли поднять на своих плечах эту громадину? Вот такое было ответственное настроение”. О Темиртау писали много, причем в возвышенных тонах. Журналисты не жалели красок, рассказывая о героях строительства новой, крупнейшей в стране базы черной металлургии. И везде особо подчеркивалось, что ком-бинат - Всесоюзная комсомольско-молодежная стройка. Надо ли говорить, как возбуждающе действовали на ребят эти слова, какую гордость и энтузиазм они испытывали от сознания своей причастности к всенародному делу.
И вдруг в первых числах августа 1959 года по заводу попол-зли нелепые, страшные слухи. Будто не все спокойно в Темир-тау, будто ввели в город войска, есть убитые и раненые, а стройка прекратилась. Это известие свалилось на казахстанских ребят, как снег на голову. Сначала и верить не хотели, тем более газеты об этом помалкивали. И только тот факт, что о Казахстанской Магнитке вообще перестали писать, косвенно подтверждал справедливость людской молвы. А слухи обрастали все новыми и новыми подробностями. "Помню, одну из них рассказал под большим секретом рабочий нашего цеха, редкий в те годы владелец лампового радиоприемника. Он случайно поймал передачу радиостанции "Голос Америки”. Но истина о трагедии стала нам известна только тогда, когда закончив учебу и получив специальность, мы вернулись в республику.” 
Знаменательно, что Назарбаев учился в Днепродзержинске, в котором родился и жил Л.И.Брежнев. Вернулся же в Темиртау уже после известных событий, куда Брежнев, будучи секре-тарем ЦК КПСС, прилетал из Москвы улаживать конфликт с рабочими. Сведения об этом событии Назарбаев черпает из народных источников: "Тогда, летом 59-го, стихийно и мощно вырвалось наружу долго сдерживаемое народное недовольство. Приехавшая со всей страны молодежь столкнулась с типичны-ми методами работы командно-административной системы, для которой обычные человеческие нужды и заботы практически ничего не значили”.
Ударными темпами возводились корпуса цехов, домны и мартены, а люди ютились в палатках, в наспех сколоченных бараках. Зачастую на всех не хватало спецовок. Особенно вы-матывали душу перебои с водой, а уж о продуктах и говорить нечего. А тут еще пошел слух, что на базе ОРСа сгноили и за-копали в земле большое количество мяса, сибирских пельме-ней, фруктов. К тому же начались перебои с бетоном, другими строительными материалами, а вынужденные простои оплачи-вались из рабочего кармана. Тысячные толпы рабочих собра-лись, чтобы выяснить отношения с начальством. Но никто с ними и разговаривать не пожелал. Тогда они решили по-своему восстановить справедливость: полетели замки с продуктовых магазинов, люди стали "запасаться” овощами, картошкой. Кое- кто добрался и до водки. Под шумок предприимчивые людиш-ки потащили тюки с промтоварами. ( 1 )
Но и в высших эшелонах власти этому событию придава-лось особое значение. Оно связывалось с плохой организацией быта строителей комбината. Динмухамед Кунаев признавался, что на декабрьском Пленуме ЦК КПСС Хрущев критиковал за это его и первого секретаря КПК Беляева. "Рабочие не вышли на работу, - писал Д. Кунаев в книге "О моем времени,” - и по городу прокатилась волна массовых беспорядков... Беляев по-чему-то не придал значения этим событиям. Туда для наведе-ния порядка прилетел из Москвы секретарь ЦК КПСС Л.Бреж-нев, я сопровождал его. Мне понравилась решительность Бреж-нева в те дни. Безбоязненно он появлялся среди групп зачин-щиков беспорядков и разговаривал с ними спокойно, но и до-вольно сурово. Люди невольно подтягивались, крики и гам сти-хали, и можно было вести разговор в спокойных тонах.” Тогда- то Кунаев и проникся глубочайшим уважением к Брежневу, к его личностным качествам. На всю жизнь он сохранил уваже-ние к этому властному и уверенному в себе человеку в трудный и ответственный момент. Он увидел в Брежневе такие челове-ческие черты, которые были свойственны и ему самому: чело-вечность, доброжелательность и решительность.
В январе 1960 года состоялся пленум ЦК КПК с участием Брежнева, на котором Беляев был освобожден от должности. Первым секретарем ЦК КПК единогласно был избран Динму-хамед Кунаев . Он был третьим избранным секретарем из ко-ренного населения. За исключением двух, все остальные сек-ретари были приезжими. Что бы там ни говорили сегодня, но ответственность руководящего состава страны за порученное им дело была очень высока. Партия поступала очень жестко по отношению к своим кадрам. Сразу же после происшествия в Темиртау были исключены из партии и сняты с работы первый секретарь Карагандинского обкома партии Исаев и директор Казметаллургстроя Вишневский. Даже исход с Беляевым, по-литиком крупной величины, не трудно было предугадать.
А жизнь тем временем постепенно входила в свою колею. К моменту приезда стажеров доменная печь еще не работала, по-этому поустраивали их кого куда придется. Назарбаеву при-шлось спешно освоить профессию бетонщика, принимать боль-шой бетон на фундаменты металлургических агрегатов. Работа шла посменно, бетон нужно было укладывать только горячим. "Улучшились” и условия жизни: из сырого грязного подвала их перевели в неотапливаемое общежитие. В короткие часы отдыха отогревались по двое на панцирных койках, накрыв-шись матрацами. Брезентовую спецовку оставляли на морозе, потому что заледеневшей ее легче было надевать.
На собственном опыте убедился Назарбаев и в том, что на любой "стройке века” работали не только энтузиасты, комсо-мольцы, но и осужденные. Возможно, в этом не было ничего особенного для государства с тотальным контролем над всеми сторонами жизни общества. Заключенные всегда выполняли и выполняют самую черную и тяжелую работу, искупая тем са-мым свою вину. И держались они обособленно, живя по своим неписаным законам. Нурсултан Назарбаев, столкнувшись с этим явлением, не мог не отметить, что эти люди лояльно относились к молодому поколению, и в свои уже сложившиеся взаимоотношения комсомольцев не втягивали.
Бетонные работы не каждому по "плечу”, но они сделали его более выносливым, здоровым и сильным. И вот, наконец, приходит день, когда можно занять свое место чугунолитей-щика плавильной машины. Можно представить радость Назар-баева, когда 3 июля 1960 года пустили доменную печь - един-ственную тогда в Средней Азии и Казахстане. "Эта дата, - вспо-минает он уже будучи Главой государства, - и вошла в историю как день рождения Казахстанской Магнитки - Карагандинского металлургического комбината”.
Но отгремели торжественные марши, митинги, речи-рапор-ты, и тысячи людей, собранные со всех концов страны, окуну-лись в обычную жизнь. Скажем прямо - в жизнь безрадостную. Страна еще не научилась заботиться о бытовых условиях конкретного человека. И нужно было иметь колоссальной мощ-ности здоровье, чтобы выдержать такую жизнь. Жилой поселок находился в стороне, и никто не подумал, как доставлять людей на работу. Ежедневно часа два уходило только на доро-гу. В общежитии холодно, люди не высыпались, держались только за счет молодости, физической силы. Не было элементарных условий для проведения досуга. Главное "развлечение” - массовые драки: Днепропетровск - на Одессу, Свердловск - на Череповец, Гомель - еще на кого-то. Убийства, другие тяжелые ЧП - каждый день.
Такие "университеты” обычно не проходят бесследно. Но что же давало заряд бодрости и сил? В ком видели Назарбаев и его сверстники опору, образец для подражания? В первую оче-редь - в том, что учили их уму-разуму старшие товарищи, Люди с большой буквы. Делали они это ненавязчиво, никаких нравоу-чений типа "что такое хорошо, а что такое плохо” не читали. Так пробурчат что-нибудь одобрительное, если заслужил, а все остальное молча - собственным примером показывали.  Назарбаев вошел в бригаду Бориса Яговитова четвертым горновым. Спустя годы он с нежностью вспоминает о своем наставнике. "Никогда не забуду Бориса Васильевича Яговито-ва... Если меня спрашивают, что такое, по-моему мнению, на-стоящий большевик, я всегда его вспоминаю. Его пример отно-шения к жизни, преданность своему делу и побудили меня всту-пить в партию. Он мне и рекомендацию дал. Вступал я в партию с полным убеждением, что эта организация несет людям справедливость, представляет собой силу, противостоящую лжи и порокам”. Был Б.В.Яговитов, казалось бы, человеком не слишком образованным (всего четыре класса образования), а знал металлургический процесс получше многих инженеров. На глаз, по одному виду вытекающего металла с поражающей всех точностью мог определить его химический состав. Когда кто-то из ребят пасовал, он подбадривал: "Это пройдет, станешь ты металлургом!” 
Конечно, при всех своих лучших человеческих качествах наставники не были идеальными людьми. Как и другие рабо-чие, они не представляли себе жизни без "расслабления”, свое-образной психологической разгрузки. Было, например, тради-цией: первая зарплата - первое посвящение. Какой в те годы город без базара, а базар без пивной? "Настал и мой черед - вспоминает Назарбаев, - с первого аванса вести всю бригаду в пивную”. Хоть и исполнилось ему тогда уже двадцать лет, но к вину он не прикасался. В деревне, при отце, такая мысль и в голову не могла прийти, в училище подобных традиций тоже не существовало.
"Возле пивной разговор короткий:
- Ступай, возьми.
- Сколько? - спрашиваю.
- Восемь бутылок. Денег добавить?
- Сам возьму”.
Сходил он в магазин, принес восемь бутылок водки. Взяли граненые стаканы, по кружке пива. Когда все уже хорошо вы-пили, стали его подначивать: "Ну, что же ты, такой здоровый, а стоишь смотришь? Надо ведь когда-то начинать”. Налили пол-стакана. Он, как и все, выпил залпом и запил кружкой пива. И все, отключился. Проснулся на широкой кровати с белыми про-стынями, под головой огромная пуховая подушка. Выяснил, что оказался в доме у Яговитова, а проспал ровно сутки. Хозяйка, Марья Васильевна, внесла в комнату огромную миску домашних пельменей, Борис Васильевич вытащил бутылку водки. "Я тебя, парень, понял, заставлять не буду. Но вот маленькую я тебе рекомендую выпить”. "Так из нас и делали металлургов”, - вспоминает Назарбаев. 
Нурсултан Назарбаев был настолько чист и здоров физически, что все наносное, негативное не прилипало к нему. Он про-шел через мальчишеские драки, через грубую мужскую среду с ее ругательствами и ничто это не задержалось в нем надолго. Бытует мнение, что для того, чтобы ребенок стал нормальным человеком, не обязательно его оберегать от негативного воз-действия среды. Можно дать ему возможность пройти через испытания "негативом”, отторгая который, он выработает им-мунитет.
В этом отношении ему помогал и дух эпохи: он был таков, что все вокруг вынуждало стремиться к новым и новым вершинам, в зависимости от того, как их понимал тот или иной человек.
На комбинате существовало правило: все, даже малые до-стижения рабочего человека, попадали на страницы газеты "Те- миртауский рабочий”. И это было своеобразным стимулом со-стязательности, роста личности. В газете от 25 октября 1962 года, например, рассказывалось о том, что второй горновой Мансур Абдрахманов стал старшим горновым, а другие вторые горновые - Нурсултан Назарбаев и Кабидолла Саркенов - без отрыва от производства учатся в Темиртауском филиале Ка-рагандинского политехнического института.
В газетах появляются фотографии Нурсултана Назарбаева, о нем пишут, прославляя его труд. "И таких замечательных людей, как горновые Казахстанской Магнитки Нурсултан На-зарбаев и Кабидолла Саркенов, в Темиртау много!” - писала в те дни "Казахстанская правда” (15 июля, 1962).
А у них была мечта - стать металлургами. И вот - прослав-ленный Магнитогорский металлургический комбинат, первые уроки у огнедышащих домен, помощь новых друзей, первая самостоятельная плавка.
С отличными знаниями и навыками они возвращались в Темиртау. Сразу же встали на свою первую в жизни самостоя-тельную вахту металлургов. Домны родного брата Магнитогор-ска - Карагандинского металлургического завода - стали для них настоящей школой рабочей закалки.
После окончания заводского втуза Нурсултан Назарбаев стал работать газовщиком домны. Его избирают членом ЦК ВЛКСМ, а это огромные общественные нагрузки. Совмещать тяжелый физический труд с умственным было нелегко. Но сильному, выносливому юноше не казалось это изнурительным. Спустя годы, Нурсултан Назарбаев со смешанным чувством гордости за себя и сочувствием к отцу вспоминает и очень ост-ро переживает эту страницу жизни. "Я стал зарабатывать в месяц четыре с половиной тысячи рублей. По тем временам, да еще для двадцатилетнего парня - зарплата почти фантас-тическая!” По две тысячи отсылал отцу. Потом, когда Нур-султан узнал, что тот все до копейки тратил на внуков, а не на себя, у него комок к горлу подкатил - ведь там-то, в деревне, по-прежнему влачили нищенское существование. Зато, когда отец первый раз от сына получил перевод, всю деревню собрал: смотрите, Султан мой работать начал, деньги зарабатывать! Ну а уж когда он стал ударником коммунистического труда и его фотография в "Казахстанской правде” появилась (а он на ней еще и в шляпе был!), то отец устроил настоящий пир на все село. 
На производстве до механизации и автоматизации труда было еще очень далеко. Работали вручную. Что такое труд гор-нового? Это тяжелый лом, чтобы скрап разбить, да широкая лопата, чтобы его вытащить. А там, внутри, ад, температура около 2000 градусов. Да еще газ, пыль. Нагрузка страшная. Ре-жим выпуска металла не оставляет возможности ни жаловаться, ни передохнуть - на себя надейся. Сноровки еще не хватает, поэтому металл часто застывал, авария за аварией. Приходи-лось в асбестовых халатах лезть прямо в пламя, чтобы выта-щить поломавшееся оборудование. За смену выпивали по пол-ведра соленой воды, столько же выходило потом. Ребята все время разморенные, мышцы отдыхать не успевают, у многих кровь из носа идет-не все физически одинаково крепки. Неко-торые не выдержали, уезжать начали. 
Запомнился Нурсултану приезд отца, решившего посмот-реть, как и где трудится его сын. "Решил он пойти со мной в ночную смену, а она, как назло, совпала с большой аварией. Посмотрел он на все это, а наутро стал меня уговаривать: "Что же ты себя так мучаешь? Я сиротой в три года остался, но тако-го ада не видел. Брось все!” 
Но организм молодого человека тогда уже был достаточно сильным, чтобы выдерживать огромную физическую нагрузку, при этом он мог легко и свободно заниматься общественной работой, спортом и не терять присутствия духа в любых экст-ремальных ситуациях. Что придавало ему уверенности в себе и кто сумел стать для него своеобразным эталоном? Настоящие мужчины - металлурги.
"Металлург” стал ассоциироваться в сознании Назарбаева с ’’настоящим мужчиной”. Почувствовать с их стороны пренебрежение - нет, такого позора душа Нурсултана Назарбаева не могла вынести. Все, что угодно, только не это! Вот тогда-то он и дал себе клятву: "...умру здесь, сгорю, но плохих слов обо мне не скажут!” Этой клятвы он и держался. Выстояли и мно-гие его товарищи, стали высококвалифицированными специа-листами, известными металлургами. 
Понял Нурсултан, что тяжелый труд металлурга его не страшит. Более того: сознание, что он принадлежит к особой касте рабочего класса, "привилегии” которого состоят в недюжинных физических возможностях человека, доставляло ему удовольствие.
Так сельский паренек стал рабочим-металлургом, психоло-гия которого заквашивалась не на принадлежности к какой-либо этнической или социальной группе, а складывалась на мощной интернациональной основе. ”В нашей бригаде я один был из казахов, кроме меня, в ней - татарин, русский, украинец”. Достоинства человека определялись не по национальной принадлежности, а по другим качествам, которые работа с металлом быстро выявляла. Сразу было видно, кто не прочь при случае в сторонке постоять, а кто не привык ответственность на чужие плечи перекладывать, брал на себя самую тяжелую работу, в любое пекло лез первым. К таким и уважение особое. Им молодые металлурги и старались подражать.
Умный, честолюбивый, физически закаленный, с чувством собственного достоинства, Нурсултан Назарбаев значительно выделялся в своей среде. И окружающие его люди сумели со-ответственно оценить его деловые и человеческие качества. Его приняли в партию, молодежь Темиртау выбрала его своим представителем на X съезд комсомола Казахстана, затем на XVI съезд ВЛКСМ. Все это не прошло для Нурсултана Назарбаева бесследно. Партия, комсомол, в сущности, активизировали процесс стремительного развития его личности. Горизонты видения мира расширялись.
Участвуя в III Всемирном фестивале молодежи, проходив-шем в столице Финляндии, Нурсултан Назарбаев встретился с живой легендой века - Юрием Гагариным, и даже сфотографи-ровался с ним на память. Его поразили простота и обаяние кос-монавта. Аза день до публикации в газете "Комсомольская правда” фотоснимка, на котором рядом с Юрием Гагариным находился Назарбаев, ему в числе других лучших сынов Родины был вручен комсомольский значок, который побывал в космосе с экспедицией Валерия Быковского.
В "Комсомольской правде” запечатлена и еще одна страни-ца жизни Нурсултана Назарбаева: момент вручения ему "По-четного знака ВЛКСМ” (28 декабря 1967 года). А еще через год видим его уже в президиуме Дворца съездов в торжественный момент вручения комсомолу ордена Октябрьской Революции и читаем в "Правде” его монолог, в котором он делится своими впечатлениями: "Нам, молодым, повезло, потому что всегда рядом были удивительные люди, отличные специалисты, такие, как старший мастер Козьма Павлович Геращенко из Челя-бинска и Борис Васильевич Яговитов, приехавший из Магни-тогорска. Они научили понимать, чувствовать дыхание домны, любить свою профессию.”
Встречи на фестивале с западноевропейской молодежью порождали мысли о справедливости социального устройства общества. Новые поколения полярных стран мира жадно вгля-дывались друг в друга, стремясь проникнуть в чужую загадоч-ную душу. Главный вопрос, на который им приходилось посто-янно отвечать: "Что вы у себя дома, в Советском Союзе, имее-те?” И юноша искренне старался обрисовать недоступный во-ображению западной молодежи мир, в котором нет богатых и бедных, белых и черных, рассказывал о своем стремлении к лучшему будущему, о приоритете духовного начала в человеке, о равнодушии к материальным благам.
Ему не могли поверить и все допытывались: ну почему именно он приехал на фестиваль, кто он такой, чтобы в его годы так свободно разъезжать по миру. Высшим критерием оценки свободы передвижения в их понятии были, конечно, деньги, в худшем случае допускалось, что за спиной молодого человека должны стоять обеспеченные родители, к тому же облеченные властью. "Помню, на встрече с американскими студентами из Бруклинского университета одна из девушек, звали ее Кариной Ла- годо, допытывалась у меня: "Ты, наверное, сын какого-нибудь крупного коммуниста, если попал на этот фестиваль?” Пришлось прибегать к испытанному средству и показывать свои ладони, покрытые толстым мозолистым слоем.”  Она не могла поверить, что в Международном фестивале мог принимать участие простой рабочий паренек. Но уже тогда ему казалось странным, что западная молодежь не понимает коммунистических идей, опасается их, видя в них угрозу собственному существованию.
Между тем, в своей стране Нурсултан Назарбаев чувствовал себя на своем месте. И если бы кто-нибудь сказал ему, что у него совсем иное будущее, он бы не поверил: так свято был убежден, что он - частица той рабочей среды, в которую вошел вполне осознанно. Позже Назарбаев скажет: "Не помышлял я в то время связывать дальнейшую судьбу с политической карье-рой. Изменить профессии металлурга? Да ни за что на свете!” Жаль было и "горячий стаж” терять. Хотя в такие годы заботы
о пенсионном возрасте, естественно, не очень-то обременяют. Да и сама молодость кажется вечной. Но вот кадровые метал-лурги очень тщательно следили за начислением "горячего ста-жа”. Естественно, это сказывалось и на психологии молодых. "Горячий стаж” - предмет не только профессиональной гордо-сти. Он и льготы давал немалые, обеспечивал досрочный вы-ход на пенсию. Металлурги знали, что такое работа с горячим металлом, и не строили иллюзий по поводу неисчерпаемости своего здоровья. Кстати, у Назарбаева набралось такого стажа семь лет
К тому времени он уже определился и с выбором спутницы жизни: женился на Саре Кунакбаевой, работавшей на электро-подстанции Магнитки дежурным техником. Казалось бы, чего желать: прекрасная жена, высокооплачиваемая работа, благо-даря которой можно не только прилично содержать семью, но и помогать своим родным, учеба в институте, занятия спортом, кипучая общественная жизнь. Но, видимо, такие люди, как Нурсултан Назарбаев не могли пройти незамеченными в обще-стве, остаться невостребованными как организаторы, руково-дители, политики.
Тесный контакт с людьми физического труда выработал в молодом человеке и отшлифовал такие качества, которые не только не стерлись в дальнейшем, но, напротив, оформились в определенные принципы.
Семь лет "горячего стажа” явились ключевыми в жизни Назарбаева: именно в это время сложился цельный и сильный характер. Все, что задумывал, удавалось, все было по плечу. В сущности, уровень самосознания Нурсултана Назарбаева, вы-ражавшийся в ощущении собственной силы и таланта, жизне-радостности, являлся отличительным качеством передового человека того времени. Рабочего человека пестовало общество, им гордилось. Поэтому и честолюбие молодого человека было совершенно удовлетворено: он был не "кем-то”, а металлур-гом. У него даже мысли не возникало сменить профессию, род работы. А уж о должности руководителя и не задумывался.
”Я никогда особой страсти к руководящим должностям не испытывал. Но с детства было какое-то внутреннее чувство собственного достоинства, не позволявшее оставаться в серед-нячках”, - напишет позже Н.Назарбаев в своей книге. К приме-ру, в школе он всегда стремился быть первым в учебе. Такое чувство вполне естественно для любого уважающего себя че-ловека. А если он сам перестает себя уважать, то от него уже толку в жизни не будет. И так получалось, что его постоянно избирали в руководящие органы: в старших классах был чле-ном ученического комитета школы, всегда в комсомольском активе находился - и в школьном, и в районном. Видимо, имен-но это внутреннее чувство собственного достоинства и опреде-лило его дальнейший путь. В ту пору за подобными людьми зорко следила коммунистическая партия. Ее первостепенной задачей была подготовка такого молодого поколения, которое смогло бы взять на себя руководство страной.
Вступая в ряды компартии, Нурсултан Назарбаев был свято убежден в справедливости ее лозунга: Свобода, Равенство и Братство. Он пропускал эти важные для него принципы через себя, и не было для него в ту пору альтернативы им. "К вступ-лению в партию меня никто не подталкивал... Ни о больших перспективах, ни о льготах, ни о выдвижении мыслей не было. А были перед нами живые примеры - ведь коммунисты в цехе всегда на виду, и в любых ситуациях они старались не ударить в грязь лицом... Я знал, что кроме дополнительной ответствен-ности, вступление в партию мне ничего не прибавит”, - откро-венно скажет позже Н.Назарбаев. Да и какую выгоду от партии мог искать рабочий человек, определившийся в своем призва-нии? Только осознание причастности к большой, кипящей, шумной жизни страны, какою она жила в то время.

Похожие материалы:
Просмотров: 2725

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Мы в социальных сетях







Сообщества в данный момент находятся в стадии разработки.
Мини-чат

200
Это полезно
             Ежедневные курсы валют в Республике Казахстан          
Вы можете выбрать другой город, если город в информере погоды определен неправильно.