Президент, Парламент, Правительство. Часть 1 (из 2)
0

Занимаясь президентскими обязанностями, связанными в первую очередь с безопасностью вверенного ему государства, Нурсултан Назарбаев не придавал большого значения изначально противоречивым ветвям власти - Верховному Совету Казахстана, сохранившемуся с советских времен, и правительству, вобравшему в себя и старое и новое.
Отличительной особенностью Казахстана в преддверии 90-х годов явилась политическая стабильность. Однако уже в 1992 году обозначились первые признаки намечающегося кризиса власти. В сущности Нурсултан Назарбаев был поставлен самой действительностью перед фактом: если не решить конституционные вопросы во избежание бессмысленных политических противоборств, то трудно будет создать условия для подъема экономики Казахстана.
25 марта 1990 года состоялись первые демократические выборы Верховного Совета РК двенадцатого созыва. Несмотря на то, что Верховный Совет существовал и до этого времени, особой роли в жизни страны он не играл, действуя больше формально. Социальный портрет предыдущего и нового парламента был еще очень схож между собой, хотя уже наряду с представителями рабочего класса и крестьянства появились ученые, юристы, ректоры вузов и даже религиозные деятели. Как и прежде, полно был представлен в нем и национальный состав республики. Но, пожалуй, впервые в таком соотношении - 181 казах и 100 русских. Много было и профессионалов-партий- цев. Об этом можно судить по следующему раскладу: из 340 депутатов - 51 были партийными работниками - секретарями обкомов, горкомов, райкомов, первичных организаций.
Присутствовало непременное количество и работников советских органов - 31 человек, а также 55 руководителей производства, 23 директора совхозов и колхозов и т. п. Одним словом, половину парламента представляла номенклатура. Председателем Верховного Совета был избран Ерик Асанбаев.
Несмотря на все усилия Президента сама процедура выбо-ров была такова, что присутствовавшие представители запад-ных стран не смогли включить Казахстан в категорию стран "свободных”. Да это было естественно: выйдя из тоталитарной системы формально, на деле следовало еще утвердиться в новом качестве. Слишком жив еще был прежний стереотип мышления. Умный и хитрый политик Ерик Асанбаев сумел наладить работу парламента и держать при этом всех в своих руках. Под его руководством парламент работал до 11 декабря 1991 года, затем он был избран вице-президентом Казахской ССР, а на его место пришел Серикболсын Абдильдин.
За это короткое время Верховный Совет успел принять Декларацию о государственном суверенитете республики, оставив за нею статус субъекта обновляемого Союза, запретить дальнейшие ядерные испытания на Семипалатинском полигоне, реабилитировать молодежь, принявшую участие в декабрьских событиях 1986 года. Насколько анонимным был прежний состав Верховного Совета, настолько открытым стал новый парламент. На первый план выдвинулись яркие личности, политическая судьба которых впоследствии сложилась по-разному. Одни уходили в команду президента, другие сразу в партии, объединения. Третьи сумели побывать там и там.
Из первого парламента вышел и новый Кабинет министров во главе с Сергеем Терещенко. Нурсултан Назарбаев с большой симпатией относился к премьер-министру. Кабинет был своего рода высшей школой для государственных чиновников, дипломатов Казахстана. Сергей Терещенко, конечно, был далек от проблем переходного периода, которые переживала страна. Сельскохозяйственник по роду деятельности и базовому образованию, он не сумел подняться до высоты видения проблем, присущей Нурсултану Назарбаеву. Не было не только программы, носящей стратегический характер, но и особого видения новых путей деятельности Казахстана. Но было главное, что импонировало Президенту, - желание работать и приносить пользу республике. Всего этого не мог не видеть и не чувствовать Нурсултан Назарбаев. Он отлично понимал все трудности времени и ждал, когда возникнет потребность об-щества в новом правительственном курсе. И парламент, и Ка-бинет министров во главе с Сергеем Терещенко были плоть от плоти прежней системы. И не их вина, а тому были причины и объективного характера, что они не смогли развернуться на 180 градусов. Но первоначально Нурсултан Назарбаев был удовлетворен работой правительства. Иное дело - Верховный Совет.
Реальность же была такова: наряду с президентской влас-тью как ростком новых демократических отношений в Казах-стане, существовала и прежняя - советская - в лице Верховного Совета и его спикера. По-прежнему в нем собирались народные избранники, обремененные наказами и лоббическими надеждами. И эта заданность, своеобразная запрограммированность депутатов, не могла не тормозить решение многих вопросов.
Следует отметить, что Нурсултан Назарбаев участвовал почти во всех заседаниях Верховного Совета при принятии законов по экономическим реформам, обусловленным сменой форм собственности, становлением собственника в лице гражданина страны. При этом он стремился оказать личное воздействие на депутатов, принимающих те или иные законы. Зачастую ему приходилось выступать по каждой статье проекта Конституции Казахстана, законов, затрагивающих интересы наций и народов республики, чтобы не допустить крена в опасную, с его точки зрения, сторону.
В полемике зарождалась первая Конституция суверенного Казахстана. Дело в том, что до этого времени Конституция была незыблемой основой социалистического государства. Не случайно Председатель Верховного Совета Серикболсын Абдиль- дин называл ее "священным писанием”. Да, она была таковой для сохранения прежнего строя. Но уходило в прошлое советское государство, складывались новые общественные отношения, и Конституция тоже требовала изменений. Нурсултан Назарбаев понимал, что в этих условиях "наивно стремление со-творить Конституцию незыблемой на долгие времена. Но она должна стать твердой основой движения вперед в условиях формирования демократического общества и утверждения рыночных отношений”.  Даже в Конституцию США с 1776 года, отмечает не раз он в своих выступлениях по этому поводу, было внесено 1200 поправок. Что уж там говорить о Конституции Казахстана, которая еще и не работала на суверенную республику. И действительно, даже Конституция 1993 года, явившись отражением переходного состояния общества, не успевала за быстро меняющейся жизнью страны. Она находилась как бы на стыке старого и нового: перехода от социализма к демократическому капитализму(?). А жизнь не стояла на месте. Возникали новые проблемы, о которых не мог не думать Президент Казахстана: как решатся вопросы о собственности на землю, каков будет характер казахстанской государственности, о государственном языке.
Обсуждение этих животрепещущих вопросов в обществе было очень бурным. Пресса в полной мере отражала заинтересованность граждан республики в их разрешении. Газеты, журналы, телевидение захлестнули статьи политологов, юристов, ученых, деятелей искусства, депутатов всех созывов и уровней. Особый всплеск интереса вызвали две проблемы - статус государственного языка и вопросы собственности. В проекте Конституции, вынесенном на всенародное обсуждение, пунктом 8 значилось: "В Республике Казахстан государственным языком является казахский язык. Русский язык является языком межнационального общения. Государство гарантирует сохранение сферы применения языка межнационального общения и других национальных языков, заботится об их свободном развитии. Запрещается ограничение прав и свобод граждан по признаку невладения государственным языком или языком межнационального общения.” Участники обсуждения проекта Конституции пришли к двум формулировкам: "государственный язык - казахский” и "государственный язык казахский и русский”. Можно было понять русских, которые волновались за судьбу детей, за свое будущее.
Нурсултана Назарбаева тревожила обстановка в республике, но трудности не смущали его настолько, чтобы он мог пассивно относиться к происходящим событиям. А в Усть-Каменогорске в это время произошло трагическое событие - убийство шестерых парней-казахов "лицами кавказской национальности”. Казахстан, обсуждающий закон о языках, а в сущности межнациональные отношения, всколыхнулся. Впервые зазвучали во всю мощь голоса о выселении чеченцев и ингушей из республики, заодно высказывался протест против пункта проекта Конституции, где предусматривалась казахская, а не казахстанская государственность, предлагалось введение государственного двуязычия, двойного гражданства для всего населения. Сложилась экстремальная ситуация, которую следовало немедленно разрешить. Во-первых, следовало снять излишнюю напряженность в связи с убийством казахов. Нурсултан Назарбаев выступил с обращением, в котором призвал казахстанцев не срывать свое зло на другом народе, помнить, что преступный мир и простой человек - это разные миры, просил соблюдать во всем справедливость. Он уповал на то, что казахи всегда были миролюбивыми, доброжелательными людьми, и призывал их взять на себя ответственность за судьбы других народов, проживающих в республике. Он приучал их к тому, что теперь в суверенном Казахстане они должны играть основную скрипку, задающую тон. И особенно это должно проявляться в экстремальных ситуациях.
Во-вторых, Назарбаев, присутствуя весь день на сессии Верховного Совета, сделал доклад "О проекте Конституции Республики Казахстан и итогах его всенародного обсуждения”, ответил на многочисленные вопросы депутатов. В-третьих, в руки парламентариев раздали текст проекта Конституции, который существенно отличался от принятого в первом чтении и опубликованного в прессе. В том же пункте восьмом уже гово-рилось: " В Республике Казахстан государственным языком является казахский язык. Республика Казахстан обеспечивает свободное функционирование русского языка наравне с государственным языком.” Шквалом мнений, эмоций забушевал зал, где находились депутаты. И тем не менее Президент смог раскрыть недальновидность политиков, которые пытались обойти существующие в Казахстане проблемы функционирования почти равного по численности иноязычного этноса, показать, что произойдет, если лишить их возможности говорить на русском языке. В результате подавляющим числом голосов была принята компромиссная формулировка: "В Республике Казахстан государственным языком является казахский язык. Русский язык является языком межнационального общения. Государство га-рантирует сохранение сферы применения языка межнационального общения и других языков, заботится об их свободном развитии”.
"Я не мог пойти на резкую конфронтацию с Верховным Советом. Слишком сложной была обстановка в Казахстане и за его пределами. В тот момент соображения необходимости сохранения внутриполитической стабильности в обществе и государстве взяли верх над задачей принципиального и бесповоротного решения ключевых для страны проблем. Мне не удалось добиться реализации взглядов прогрессивной части общества. Категорически против моих предложений выступало большинство Президиума и руководства Верховного Совета. Возникали острые споры. Во многом это было обусловлено характером, прежде всего, политического момента - наша страна только что стала независимым суверенным государством. Но я прекрасно понимал, что дальнейшее движение вперед осложнится.
После вступления в силу первой Конституции страны в январе 1993 года сразу же обнажились ее недостатки, ее оторванность от реальных социально-экономических и политических процессов. Дым от эйфории быстро улетучился, и стало ясно, что Конституция образца 1993 года не годится в качестве правовой основы для повседневной, будничной и тяжелой работы по строительству суверенного Казахстана.” (2)
Постепенно вырисовывался главный недостаток парламентской ветви власти: несоответствие желаний народа и жизненных реалий. Как и прежде, Верховный Совет Казахстана выражал мнение большинства и это само по себе носило позитивный характер. Но серьезность изменяющегося мира и проблем еще не озадачивала парламентариев настолько, чтобы они могли бы более вдумчиво подходить к их решению. Законопроекты, согласно прежним стереотипам мышления, принимались зачастую формально. Главное, что привлекало, не их качество, а количество. Это был главный критерий оценки, по мнению спикера, хотя, надо сказать, не все депутаты столь оптимистично были настроены, уже слышались недовольные голоса по поводу поспешных, скоропалительных решений в области законотворческой деятельности парламентариев.
Первоначально Президент, занятый решением задач глобального масштаба, не придавал значения намечающимся разногласиям в самом парламенте, и тем более никак не мог ожидать отсутствия поддержки своим действиям именно со стороны Верховного Совета.
Противостояние двух ветвей власти в Казахстане обнаружилось в период октябрьских событий в Москве. В то время, когда российский парламент расстреливался танками, казахстанский, вопреки мнению Президента, поддержал российских депутатов, протестующих против политики Президента Бориса Ельцина. Весь мир напряженно вглядывался в экраны телевизоров, демонстрирующих расстрел Белого дома с засевшими в нем депутатами РСФСР.
Оценка этой экстремальной ситуации в России была высказана Президентом и Верховным Советом РК, но она не была единодушной. В обращении глав государств в связи с событиями в Москве 3-4 октября, которое было подписано и Нурсултаном Назарбаевым, российские депутаты определялись как авантюристы, восставшие против президентской власти. Президенты Казахстана, Узбекистана, Украины, Кыргызстана, Азербайджана, Армении от имени своих республик заверили народ России, что их правительства и президенты сделают все для того, чтобы остановить провокаторов и защитить демократию.
В то же время в интервью "Российской газете”, данном Председателем Верховного Совета Серикболсыном Абдильдиным, прозвучало открытое осуждение, направленное в адрес Бориса Ельцина. Верховный Совет расценил действия, предпринятые Президентом России в отношении депутатов, как нарушение Конституции и измену собственной присяге. "За этим должно следовать лишь юридическое оформление данного шага кон-ституционным судом и затем парламентом, - причем не как вопроса отрешения президента от власти, а как утверждение его самоотрешения, то есть отставки.” Спустя несколько дней Абдильдин дал свое видение этой проблемы еще раз. "К сожалению, сегодня вот уже девятый день, как в Российской Федерации происходит попрание Конституции, ведущее к свертыванию демократии. Блокада Дома Советов, отключение всех каналов связи, систем жизнеобеспечения, подкуп народных депутатов противоречат нормам нравственности. Все эти антигуманные акции есть не что иное, как насилие и нарушение прав человека.... Поражает то, что как в самой России, так и за ее пределами некоторые причисляющие себя к демократам лица продолжают поддерживать диктаторские проявления.” (3) По- человечески их можно было понять: сам факт расстрела парламента в России потряс все прогрессивно мыслящее человечество.
Надо сказать, что и интеллигенция Казахстана резко отрицательно отнеслась к такому способу выражения президентской власти. В этом смысле и депутатский корпус, и интеллигенция республики были единодушны. Однако следовало понять и Нурсултана Назарбаева - Президента Казахстана, который в качестве главы государства был в ответе за мир и спокойствие внутри страны. Поддержать российский парламент значило для него перечеркнуть и президентскую власть, создать прецедент на территории республики. Когда власть Президента может ставиться под сомнение, недалеко то будущее, в котором может произойти либо реставрация власти в пользу прежних советских структур, либо может случиться смута, которая на территории многонационального Казахстана обязательно повлечет кровь. Он не мог пойти на это.
Подавление российского депутатского корпуса Верховного Совета было последним штрихом к уничтожению последних структур советского государства в России. Вслед за подавлением парламента начался самороспуск местных Советов как го-сударственных структур, унаследованных от прошлой политической системы. В ноябре этот процесс затронул и Казахстан.
Противоборство двух ветвей власти не было случайным. Это был закономерный процесс, свойственный переходному периоду.
Как глава государства Нурсултан Назарбаев не мог не сделать соответствующего вывода. Парадокс заключался в том, что существование Советов связано с выражением мнений избирателей и защитой их интересов, тогда как парламент страны, вставшей на демократический путь развития, должен был выполнять уже другого рода функции. "Как мне кажется, на первом этапе большинство проблем в парламентской деятельности стран СНГ возникло из-за ложного понимания ее характера. И сегодня некоторые парламентарии придерживаются мнения о необходимости отстаивать в первую очередь в парламенте, как и в старых Верховных Советах, специфические интересы своих избирателей, регионов, отдельных предприятий или отраслей. Большинство депутатов просто не поняли того, что в новых условиях парламент должен выполнять уже иную функцию, роль которой возросла в условиях становления государственности и переходного периода.” (2)
Парламент предпринял попытку взять на себя и функцию распределения, перекладывания ответственности за ход реформ на плечи исполнительной власти. Отсюда и популистские решения о повышении заработной платы, не обеспеченные финансированием социальные программы, а органы власти должны были исполнять намеченное и отвечать за невыполнение. В результате возникло противоречие между курсом исполнительной власти и парламентом.
Нурсултан Назарбаев видел еще одну угрозу государственности, исходящую от самих парламентариев. "Парламент как институт государства должен стоять на страже его интересов. Но часть депутатов в ряде стран СНГ перешла в оппозицию самой государственности, существующему конституционному устройству. Дело доходило до призывов к низвержению государственного строя, отрицанию самой государственности, что и послужило основой опасного противостояния ветвей власти.” (2) Тем временем назревали большие события. Политический кризис углублялся, лидеры бились в поисках выхода из создавшегося тупика. Назарбаева все больше беспокоила и настораживала происходящая эволюция в настроениях в пользу свертывания демократии.
Обстановка все более накалялась. Нурсултан Назарбаев дает свое видение сложившейся в Казахстане ситуации: "В декабре
1992 года мы попали в почти критическую ситуацию. Несмотря на то, что нам удалось на "отлично” провести срочный ввод тенге, обстановка требовала быстрых и ответственных решений. Один день проволочек в принятии срочных юридических актов в экономической сфере мог нанести ущерб, который не возместишь и за год. Однако оперативность правительства была скована парламентом. Возникла реальная угроза дестабилизации экономики. На сессиях Верховного Совета шли очень долгие и бесплодные дискуссии. Длительными были перерывы между сессиями. Складывалось впечатление, что парламент просто блокировал формирование законодательной базы экономической реформы. Исполнительная власть не могла проводить реформы. Одна из причин резкого обвала курса тенге в начале 1994 года кроется именно в этом. Правительство под давлением сильного лобби промышленности и местных органов пошло на организацию необдуманного взаимозачета платежей между предприятиями... Верховный Совет оказался не в состоянии принимать законы в условиях полной самостоятельности финансово-экономической политики страны.”
К тому времени сохранить статус кво уже было невозможно. Вопрос о всевластии Советов, мешающем президенту и пра-вительству проводить реформы, надо было решать безотлагательно. Назарбаев был готов вынести этот вопрос на референдум.
Но случилось иначе. 16 ноября 1993 года Алатауский райсовет народных депутатов г. Алматы принял беспрецедентное в государственной общественно-политической жизни решение о самороспуске. Было опубликовано обращение к народным де-путатам республики и местных советов: «Советы во многом остаются синонимом прежнего режима и старой идеологии. Тесные рамки безнадежно устаревающих законов, регулирующих работу представительной системы, снижение интереса самого депутатского корпуса к своей работе усилили оторванность Советов от реальной жизни. Все яснее становится их неспособность реализовать волю избирателей. И это не вина депутатского корпуса. Причина в ином - в принципиальной ущербности модели полновластия Советов, в ее полной неадекватности реалиям сегодняшнего дня».
На следующий день депутаты Ленинского и Октябрьского районных советов столицы также решили досрочно прекратить свои полномочия, затем - Ауэзовского и Фрунзенского. И так - по всей республике. (2)
Когда к президенту обратилась группа депутатов Верховного Совета с коллективным заявлением принять отставку и освободить их от депутатских полномочий, Нурсултан Назарбаев, поскольку Конституция не позволяла ему это сделать, предложил им поставить вопрос на предстоящей сессии Верховного Совета. "Здравый смысл восторжествовал, и инициаторами досрочного прекращения полномочий Верховного Совета стали рядовые депутаты. Более 200 депутатов из 360 подали заявление об отставке. Обвальное крушение советской системы привело к тому, что Верховный Совет принял решение о саморос- пуске.”(2) Справедливости ради нужно сказать, что этот состав парламента при всех недостатках сыграл большую роль в истории независимого Казахстана. Самое главное - была принята первая Конституция суверенного государства, которая была, безусловно, политико-правовым достижением на первом этапе независимости.
Однако Назарбаев видел, какие выводы были сделаны руко-водством Верховного Совета: депутатам всех уровней было наказано не поддаваться на призывы о самороспуске, проявлять гражданскую и политическую зрелость, достойно доработать конституционный срок своих полномочий. Казахстанский парламент проявил свою советскую сущность и в самом прогнозе событий: "Сегодня - самороспуск Советов, завтра - исполнительных структур, послезавтра - правоохранительных органов, армии”. Так в 1993 году обозначилось противостояние Президента Нурсултана Назарбаева и Председателя Верховного Совета Серикаболсына Абдильдина.
Но Советы уже не вписывались в рыночные отношения, да и сам процесс демократических реформ был им чужд. И это естественно, так как распад социалистической системы, строящейся на определенных принципах народовластия, повлек и свертывание ее структуры. Советы оставались как бы звеном прежней цепи отношений, тогда как обозначилась и развивалась уже совсем другая - демократии. Не удивительно, что парламент блокировал все жизненно важные вопросы, связанные с установлением и развитием в Казахстане демократических процессов. "Сегодня парламент не в состоянии принимать решающие законы, так как большей частью их обсуждение проходит на эмоциях и по-другому уже не получается. О каком серьезном обсуждении законов может идти речь, если раньше мне присылали проекты законодательных актов за полгода до очередной сессии, то в последнее время я получаю их только по приезду в столицу... Остался год депутатства. Но нельзя ждать окончания этого срока, ибо, как говорится, промедление смерти подобно. Нам нужны новые представительные органы, нам необходим новый парламент. Мы должны честно заявить о своих ошибках и уйти с арены. Лично я для себя этот выбор сделал,” - писал глава Акмолинской городской администрации, народный депутат Аманжол Булекпаев. Его можно было понять, поскольку в нем боролись два начала - административное и депутатское - и первое победило. Но сам факт его выступления еще раз напомнил о развязавшемся противостоянии ветвей власти.
Выступившая следом группа депутатов из 23 человек, в которой находился и нынешний спикер парламента Марат Оспа- нов заявила о самороспуске местных Советов как результате кризиса представительной власти. Их выступление явилось свидетельством настроений казахстанского общества, склонявшегося в сторону демократических процессов, за которыми стоял Президент. Они сделали свой выбор: "Отдавая должное вкладу нынешнего парламента в становление государственности Казахстана, вместе с тем в сложившейся обстановке мы считаем своим гражданским долгом снять с себя депутатские полномочия и призываем каждого из вас последовать нашему примеру.” Более четверти всех депутатов досрочно сложили свои полномочия. В общей сложности было подано заявлений о сложении полномочий более половины всего депутатского корпуса.
Борьба между парламентом и президентской властью была в Казахстане бескровной и окончилась для Советов саморос- пуском. Председатель Верховного Совета признал свое поражение. На втором этапе XI сессии, в которой принял участие и Президент, Абдильдин нашел в себе силы уйти с общественной арены достойно, выступив перед депутатами с речью: ’’Назрела необходимость создания в соответствии с Конституцией нового, постоянно действующего парламента. Мы с вами выполнили огромную работу, работали честно, исходя из наших возможностей делали все, что могли. При этом мы не допустили противостояния ни с правительством, ни с судебной властью, когда в иных государствах запахло порохом. Наши оппоненты не смогут выдвинуть прямых обвинений в адрес нынешнего ВС. Наш созыв был и остается историческим.” (4)
На сессии был принят закон о досрочном прекращении дея-тельности местных Советов. Конечно, многие избиратели и депутаты восприняли это как государственный переворот: ведь на их глазах и в сущности с их помощью уходили в прошлое знаменитые ленинские Советы. Но это было уже следствием идущего процесса демократизации в Казахстане. Процесс структурной ломки советского государственного наследия набирал обороты.
Надо сказать, что Конституция Республики Казахстан, принятая 28 января 1993 года, привнесла целый комплекс правовых институтов, принципиально отличающихся от социалистических, что, в сущности, заложило основу для противостояния ветвей власти. Парламент был еще социалистический, он и формировался-то еще по советским принципам. То, что в Конституцию Казахстана проникли уже несоциалистические правовые институты, не прошло незамеченным парламентом республики. Конституция была своего рода компромиссом между нарождавшимися новыми явлениями в обществе, ориентированными на принципы демократии, и сохранявшейся еще старой системой политических отношений, уходящих корнями к коммунистическим Советам.
10 декабря 1993 года парламент принял Закон "О временном делегировании Президенту Республики Казахстан и главам местных администраций дополнительных полномочий”. Теперь Нурсултан Назарбаев мог сам до начала работы нового парламента издавать на основе и во исполнение Конституции акты, имеющие силу закона. Выступая перед парламентариями, Президент подчеркнул, что динамика реальной жизни в последнее время вступила в несоответствие с деятельностью представительных органов власти. Процесс их формирования проходил в другую эпоху. И нельзя управлять новым обществом старыми методами. Он был прав, заявляя об этом. Старые формы выражения существа прежнего строя уходили в прошлое. Наступала пора новых форм, отражающих и новизну основного содержания настоящей жизни.
Так в декабре канул в Лету социалистический строй Казахстана, страна задышала жизнью переходного периода. И хотя история Советского Союза завершилась 21 декабря 1991 года, советский шлейф тянулся, исходя из обстановки стран СНГ, до декабря 1993 года, когда произошел окончательный структурный распад бывшего мощного советского союзного государства.
Выступая на торжествах, посвященных второй годовщине независимости Казахстана, Нурсултан Назарбаев выразил надежду на то, что в новый парламент придет иное поколение, которое уже по-другому будет мыслить. За ними будущее в обеспечении преемственности в работе законодательной и исполнительной властей.
7 марта 1994 года состоялись выборы в новый - профессио-нальный - парламент республики. Сказать, что эти выборы были проведены полностью на демократической основе, тоже было нельзя. В условиях переходного периода это вообще невозможно сделать - на то он и переходный. Тот факт, что соблюдались интересы всех национальных групп, говорит о постоянной заботе Президента, настоявшего на этом, о сохранении стабильной обстановки в стране. Председателем Верховного Совета стал писатель Абиш Қекилбаев, а его заместителями - Куаныш Султанов, Зинаида Федотова и Марат Оспанов.
Нурсултан Назарбаев и не скрывал, что возлагает большие надежды на новый состав парламента. "Необходимо сказать, что после довольно продолжительной раскачки этот парламент постепенно выходил на конструктивный путь. Он был более профессионален, и началось обсуждение многих актуальных законов. Да, были сложности в его работе, непросто иногда скла-дывались отношения с правительством, но это объяснимо, особенно в условиях сложного в экономическом отношении периода ”
Парламент потребовал от правительства программу по выходу из кризиса, которой у него не оказалось. Не было ее по той причине, что отсутствовала национальная программа со стратегией экономического развития Казахстана. На 70% депутаты были новичками в предстоящем деле. Большим недостатком являлось и отсутствие правовых знаний, в результате которых создавалось много комиссий и расследований, часто они брались за дела, которые им были не по плечу или относились к компетенции других ветвей власти.
Но когда нужно было сказать свое решающее слово, как это случилось в отношении министра экономики, депутата Марса Уркумбаева, который, по мнению Генерального прокурора, со-вершил хищения государственной собственности в особо крупных размерах, депутаты парламента поступили несколько беспринципно, не дав своего согласия на его арест. И только после большого резонанса в республике, вызванного их решением, после повторного голосования они дали согласие на привлечение Уркумбаева к уголовной ответственности. В результате Верховный Совет 13 созыва разделился. Образовавшаяся оппозиция была следствием стереотипа сознания, направленного на превышение своих парламентских полномочий. Вновь возникла альтернативная программа реформ, противопоставленная правительственному курсу. Их требования вытекали из советского строя: усиление социальной направленности реформ, замедления темпов расформирования колхозов и совхозов, восстановление контроля над государственной собственностью, предлагалось свое видение мер по подавлению инфляции. Главным требованием звучал отказ от рекомендаций Международного валютного фонда. Их не устраивал и спикер парламента, и вскоре они поставили вопрос о его переизбрании. И только вмешательство Президента спасло того от смещения. Осенью
1993 года они потребовали отчет у Кабинета министров, ре-зультатом чего явилась отставка кабинета Терещенко.
11 октября Назарбаев вынужден был сменить правительственный состав за его несостоятельность и несогласованность действий. В сущности Кабинет министров, возглавляемый Сергеем Терещенко, так и не ушел далеко от тех дел, которые были закручены еще в советские времена, и занимался, в основном, по сложившейся ранее советской привычке, текущими делами, полностью упустив стратегические. Нурсултан Назарбаев не считал, что они работали плохо. Просто этот Кабинет министров на определенном этапе выполнил свою миссию и появилась потребность полностью заменить его состав.
Но, уходя с политической арены, правительство потянуло за собой и Верховный Совет, как своего противника, укоряя его за то, что тот вмешивается в задачи правительства, но не отвечает за них на деле. На взгляд Сергея Терещенко, требовалось ограничение и полномочий уже нового парламента.
Любопытно, что Терещенко, лишившись высокого поста, не стал оппозиционером, объясняя это слишком хорошими человеческими отношениями его с Президентом. "Мы остались в истории Казахстана первым правительством суверенного государства... Стремясь достичь успеха в частном бизнесе, я хочу доказать, что умею работать не только тогда, когда облечен властью”, - сказал он через полгода после освобождения от должности.
Нурсултан Назарбаев еще раз осознал, что следует не просто сменить Кабинет министров, но перестроить всю систему власти в республике. Объясняя причины, толкнувшие его к решительным действиям, он отметил, что главным является то, что правительственная программа выполняется формально и несогласованно, тогда как должна быть руководством к действию. "Дело дошло до того, что не выполняются или просто игнорируются мои указы! Кабинет министров никак не мог понять, что программа только тогда будет иметь реальную силу и станет мощным инструментом в руках правительства, если будет подготовлен широкий круг сторонников из числа хозяйственников, производственников и предпринимателей...” (5)
Пожалуй, сами парламентарии не ожидали столь быстрой смены Кабинета министров и потому реакция на это была в целом отрицательной. Хотя они и проголосовали почти единогласно за нового главу правительства Акежана Кажегельдина, которого представил Президент и попросил оказать доверие, в целом их не устраивала в политике такая фигура. Впрочем, не устраивала не столько сама персона, как тот правительственный курс, который он проповедовал.
Олжас Сулейменов заявил, что в демократических государствах меняют Кабинет министров вместе с курсом, иначе нет смысла в замене. Лидер парламентской оппозиции, сопредседатель Социалистической партии Газиз Алдамжаров, который голосовал против кандидатуры Кажегельдина в числе очень и очень немногих, сказал, что он за рынок, но не поддерживает сегодняшний курс правительства в движении к нему. Обстановка накалилась до такой степени, что сформировавшейся оппозицией было заявлено даже о досрочных выборах Президента. Мотив был один: он глава государства. И только он, а не Терещенко, виноват в том развале, к которому мы пришли”. (6)
Председатель координационного совета, а им был бывший спикер прежнего парламента Абдильдин, сработал так, что во-семнадцать общественных движений подписали заявление, в котором были сформулированы требования и к Верховному Совету, и к Президенту. В результате Абдильдин представил реформы проваленными, за что Президент Республики Казахстан должен нести персональную ответственность. Следом прозвучало требование о создании коалиционного правительства. Повторялась прежняя ситуация противоборства ветвей власти с некоторыми прежними участниками этого движения, но, конечно, уже на новом уровне. Однако общим было то, что ни тот, ни другой парламент не хотел ограничивать свою деятельность лишь законотворчеством. В то время как Президенту и обществу необходим был пакет документов, развязывающий руки в новых условиях жизни, законы о банкротстве, о залоге, об иностранных инвестициях, новый Налоговый кодекс, а главное - нужна была срочная ратификация межправительственного соглашения по займам международных организаций и банков, Верховный Совет усиленно боролся за власть, пренебрегая своими прямыми обязанностями.
Президент, обратившись к депутатам, предложил им опре-делиться в отношении вопросов частной собственности на землю, о государственном двуязычии, о судебной реформе и характере государственности. Последняя по Конституции 1993 года представляла Казахстан как государство "самоопределившейся казахской нации”. После рейтингового голосования Нурсултан Назарбаев увидел неготовность парламента к решению этих проблем. Через некоторое время в центральных газетах было опубликовано обращение к Президенту и Верховному Совету Казахстана группы прогрессивно мыслящих молодых предпринимателей, в котором они высказывали следующие важные и интересные для казахстанцев предложения: начать Конституцию с таких слов: "Мы, народ Казахстана, объединенный общностью исторической судьбы, территорией, взаимным уважением к нашим этническим, культурным, языковым и религиозным различиям, решили основать для нас и наших потомков на этой земле единое, свободное и независимое государство”. В связи с введением новых паспортов с 1 января 1995 года исключить графу национальность, вписав всем - казах- станцы. Провести референдум по вопросам частной собственности на землю, государственного двуязычия, характера государственности.
Реакция на это обращение предпринимателей была неодноз-начной. Но это не смущало Нурсултана Назарбаева: "Несмотря на то, что в декабре 1994 года парламент отказался от рейтингового голосования о статусе языков, характере государственности и частной собственности на землю, я продолжал работать с депутатским корпусом. Необходимость создания более четкой и последовательной конструкции власти, решения на конституционном уровне вопросов фундаментального эконо-мического характера и большого общественно-политического значения была очевидной.”
Назарбаев готов был терпеливо работать с депутатами и дальше. Однако судьба распорядилась иначе.
6 марта 1995 года в Конституционный суд Республики Казахстан был подан иск бывшего кандидата в депутаты Татьяны Квятковской о несоответствии Конституции РК ряда решений Центральной избирательной комиссии по организации прошедших 7 марта 1994 г. парламентских выборов. Он был принят. После долгого разбирательства суд вынес решение, на основании которого многие документы Центризбиркома были признаны не соответствующими Конституции РК. В первую очередь это касалось Абылайхановского избирательного округа г.Ал- маты, в котором баллотировалась Татьяна Квятковская. Он по численности населения был намного больше других округов, что в результате ущемило конституционные права кандидатов в депутаты и избирателей, нарушив принцип их равенства. Подобная картина сложилась и во многих других областных избирательных округах. Сама Татьяна Квятковская так обосновала свой иск: "В своих исковых претензиях я не ставлю и по закону не могу ставить под вопрос легитимность парламента и законность выборов в 135 округах. В Конституционном суде я имею право защищать и защищаю исключительно свои личные права, гарантированные мне Конституцией. Моя судебная тяжба на таком высоком уровне - лишь попытка на конкретном примере создать прецедент... Я вовсе не намерена что-либо разрушать, это мне не по силам. Я всего лишь хочу вложить свой маленький кирпичик в строительство правового государства”. (7)
Конституционный суд в ходе рассмотрения дела забраковал методику подсчета голосов Центризбиркома как некон-ституционную, так как нарушался принцип - каждый избиратель имеет один голос. В некоторых округах, где баллотировалось несколько депутатов, число голосов "за” значительно превышало количество избирателей, принявших участие в голосовании. Конституционный суд заключил, что подобные нарушения Конституции могли повлиять на итоги выборов. В результате под сомнение были поставлены итоги прошедших выборов и легитимность полномочий депутатов Верховного Совета.
Следует сказать, что Квятковская была возмущена не случайно. Еще в марте 1994 года наблюдатели из делегации парламентской Ассамблеи СБСЕ, Международного фонда избирательных систем и некоторых зарубежных стран , которые осуществляли контроль за ходом предвыборной кампании и голосования, обнаружили множество нарушений процедуры волеизъявления казахстанцев. Самыми распространенными были следующие: существование государственного списка, необоснованные отказы от регистрации кандидатов, тогда как все соответствующие нормы ими были выполнены, расплывчатость программ кандидатов в депутаты, а также отсутствие соответствующей их рекламы. Во время голосования замечено, что общепринятым было голосование одним человеком за всю свою семью, а иногда даже за соседей. Урны доставлялись на дом тем, кто не пришел сам в избирательный участок. В этом случае ставился под сомнение сам процесс голосования, ведь неизвестно, кто сбросил в урну бюллетени. Еще одно существенное замечание заключалось в том, что списки были опубликованы через 10 дней после окончания выборов, при этом не указывалось даже на количество голосов.
Похожие материалы:
Просмотров: 1080

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Мы в социальных сетях







Сообщества в данный момент находятся в стадии разработки.
Мини-чат

200
Это полезно
             Ежедневные курсы валют в Республике Казахстан          
Вы можете выбрать другой город, если город в информере погоды определен неправильно.