Первый президент суверенного Казахстана. Часть 2 (из 3) - По материалам книги "Нурсултан Назарбаев Портрет человека и политика" - Каталог статей о Нурсултане Абишевиче Назарбаеве.








Первый президент суверенного Казахстана. Часть 2 (из 3)
0

А в дни после путча, когда раздавались голоса о тер-риториальных изменениях, нависла угроза межнационального конфликта. Назарбаев прямо сказал Дж. Бейкеру, что демо-кратия не должна начинаться с угроз, что обстановка в бывшем Союзе довольно непростая, и он прилагает все силы для того, чтобы сложные процессы обновления не вылились в кровопро-литные конфликты. "А землю предков мы никому не отдадим”,- заявил он в заключение разговора и не стал воздерживаться от критики в адрес российских коллег. 
Позиция Нурсултана Назарбаева была решительной, а характер его был одновременно и гибкий, и сильный. Это смутило американских политиков, которые первоначально восприняли Казахстан не как вполне самостоятельную единицу. После долгих переговоров Нурсултан Назарбаев твердо заявляет Дж. Бейкеру, что в такой обстановке ракеты стратегического назначения останутся в Казахстане. Он сказал, что просто не имеет права отдавать их без получения твердых гарантий безо-пасности своего государства.
"Моей целью было убедить Дж. Бейкера в том, что мы сохраняем ядерное оружие, потому что нам это сегодня нужно для нашей защиты, для нашей безопасности. Иной альтернативы тогда у нас не было. Когда мы будем знать, что мы в безопасности, когда мы будем знать, что имеем твердые гарантии, тогда мы будем решать ядерный вопрос. Это было для меня главное.” 
О Джеймсе Бейкере у Нурсултана Назарбаева осталось очень хорошее впечатление. Он воспринимал его крупным государ-ственным деятелем, для которого на первом плане стояли на-циональные интересы отечества. В свою очередь и на Джеймса Бейкера Нурсултан Назарбаев произвел сильное впечатление. По сравнению с другими президентами республик Назарбаев заметно выделялся. Своим мнением Бейкер поделился в написанных им мемуарах «Политика дипломатии», в которых он так писал о декабрьской встрече 1991 года: "Когда я добрал-ся до своей комнаты в три часа утра, я чувствовал, что мои три часа, проведенные с Назарбаевым, были среди лучших встреч, которые я имел до этого. Он был впечатляющим лидером, одним из тех, кого нельзя переоценить... Назарбаев имеет и видение того, что необходимо, и точное понимание того, как поставить дело на твердую почву”. Очевидно и то, что их уважение носило взаимный характер не случайно. Бейкер увидел в Назарбаеве качества политика, которые им признавались и высоко ценились. И наоборот: все, что было ценным в личности политика, Нурсултан Назарбаев ощутил в Джеймсе Бейкере.
США проявили недоверие по отношению к тому, действительно ли искренен Казахстан в своем желании расстаться с ядерным оружием. Назарбаев стремится доказать, что у него нет расхождения между словом и делом. Казахстан стал единственным государством мира, закрывшим ядерный полигон.
Госсекретарь вручил Назарбаеву официальное приглашение президента Дж. Буша посетить США с официальным визитом. К тому времени прошла Алма-Атинская встреча, было создано Содружество Независимых Государств, подписано Соглашение
о стратегических вооружениях. Казахстан согласился поддер-жать СНЕ-1, ряд других договоров.
Началась подготовка к визиту. Назарбаев понимал, что воп-рос номер один для Дж. Буша - ядерное оружие.
"Я вылетел в Москву для встречи с Ельциным. У нас состо-ялся большой разговор. Ракеты СС-18, размещенные на терри-тории Казахстана, по единодушной оценке многих военных специалистов Генерального штаба Вооруженных сил России и Объединенных Вооруженных сил СНГ, с которыми я совето-вался, представляли очень серьезную опасность для Запада не только по высочайшей точности, уникальным техническим па-раметрам и количеству боезапаса, но и по месту своей дисло-кации.
Я проинформировал Б. Ельцина, что в Вашингтоне речь бу-дет идти о том, чтобы Казахстан согласился на вывод ракет со своей территории. Какие условия поставит Казахстан - это мой вопрос. Но прежде чем работать в этом направлении, Казахстан хочет узнать мнение своего стратегического партнера - России”.
Первый официальный визит Назарбаева в Соединенные Штаты Америки состоялся в мае 1992 года. Как он и пред-полагал, добиться успеха было нелегко. Первоначальные доку-менты, предложенные для подписания, сильно изменились. Назарбаев спорил по каждому вопросу, по каждому пункту. Это была тяжелая работа. Думается, что немало трудных часов пе-режили и американцы. Только в одно утро Джеймс Бейкер встречался с Назарбаевым четырежды, каждый раз уходил от него, озадаченный, к своему президенту.
В конце концов американцы пошли на прессинг, заявив, что если сегодня не будет подписан документ по ядерному оружию, завтра не будут подписаны все остальные межгосударственные документы. А там - вопросы экономического сотрудничества, но никаких гарантий безопасности Казахстана. 
Но Нурсултана Назарбаева это не смутило. Он и здесь про-явил твердость характера и силу духа: он решил стоять до конца и объявил, что в таком случае он вылетает домой. Американцы, не готовые к такому повороту событий, опешили. Подумав, они вынуждены были уступить. Так был подписан документ о том, что США предоставят нам такие гарантии.
"В 1992 году Соединенные Штаты снова хотели добиться от нас просто безъядерного статуса, но моя позиция была одно-значной - сначала гарантии безопасности великих держав, а затем мы отказываемся от всех ядерных вооружений, которые находятся на территории республики. Газета "Вашингтон пост” в связи с этим решила, что я "выразил раздражение последними попытками США заставить Казахстан дать категорические гарантии того, что он станет безъядерным государством”. Официальные лица США хотели, чтобы Казахстан подписал ДНЯО (Договор о нераспространении ядерного оружия) в качестве безъядерной страны. Мы же тогда отказались от такого статуса.”
Нурсултан Назарбаев зарекомендовал себя достаточно жест-ким политиком, не уступающим свои принципиальные позиции. Он понимал, что альтернативы безъядерному статусу Казахстана быть не может. Но перед ним стояла задача - обеспечить безопасность Казахстана в очень трудных условиях сис-темной нестабильности, охватившей весь мир. В связи с этим пришлось сделать несколько резких заявлений, которые впос-ледствии должны были подтолкнуть ядерные государства к предоставлению гарантий территориальной целостности и су-веренитета Казахстана. В интервью американскому телевидению в 1991 году Назарбаев заявил: "Казахстан получил в наследство ядерное оружие и должен будет его сохранить в будущем. Мы не можем позволять другим республикам, даже самым сильным, брать под контроль ядерное оружие, находящееся на нашей территории”. В интервью газете "Вашингтон пост” он еще более конкретизировал позицию: "Мы не знаем, что произойдет с Содружеством, что произойдет с российским руководством. Почему США не требуют того же (безоговорочного присоединения к ДНЯО), что они требуют от нас, от Индии и Пакистана? Почему ни Англия, ни Франция в течение 30 лет не участвовали в режиме нераспространения? Почему вы оказы-ваете такой нажим на Казахстан? Это некорректно...” И тут на-чалась серия публикаций-фальшивок в средствах массовой ин-формации о продаже Казахстаном ядерного оружия исламским государствам. Это тоже была своеобразная форма давления. Казахстан его выдержал.
Его позиция была соответствующим образом оценена Запа-дом. От зарубежных визитеров просто не стало покоя. Процесс переговоров тянулся до тех пор, пока не встал вопрос о вступлении Казахстана в ООН.
Мучили президента и вопросы о границах, все чаще и острее встающие в соседних с Казахстаном странах. Он понимал, что после распада СССР они все больше превращаются в пороховую бочку, готовую взорвать независимое государство.
Выступая на Генеральной Ассамблее ООН, Нурсултан На-зарбаев отметил, что для него актуальны возникшие, правда, в разной степени опасности, напряжения по оси Запад-Восток и Север-Юг. Особенно его беспокоит последнее. Он предлагает изменить вектор усилий ООН, обратив его на предотвращение конфликтов, блокировав их глубинный источник.
Президент сообщил, что решением правительства в Казах-стане закрыт Семипалатинский ядерный полигон. Министр иностранных дел К.Токаев дает картину вхождения Казахстана в ряды ООН в книге "Под стягом независимости”. Но до того, как это произошло, Нурсултану Назарбаеву пришлось выдержать не одну напряженную беседу с представителями ядерных держав. В достаточно жесткой форме протекал его разговор с государственным министром, министром иностранных дел Франции Р.Дюма, в процессе которого президент подчеркнул, что до тех пор, пока не будут предоставлены гарантии безопасности, Казахстан будет оставаться ядерной державой. Что же касается инсинуаций о нарушении Казахстаном ДНЯО, тайных операций по продаже ядерных компонентов Ирану, то это просто провокация.
Но на этом дело не закончилось. В 1993 году в должность президента США вступил У.Клинтон. В Алма-Ату приехал гос-секретарь У.Кристоффер. Новая администрация поначалу не захотела отвечать за долги старой, и У.Кристоффер сделай тщетную попытку склонить Назарбаева к подписанию Договора о нераспространении ядерного оружия, ничего не получив вза-мен. Но тот заявил, что к договору не присоединится, уничто-жать ядерные ракеты не будет. В соответствии с договором СИВ-
1 Казахстан будет постепенно, пропорционально остальным странам сокращать ракеты.
У.Кристоффер был сильно удивлен и даже раздражен. Но добрые личные отношения не должны мешать делу. В ходе пе-реговоров о судьбе ядерного оружия на территории Казахстана и по вопросам его демонтажа Назарбаев явно ощущал игру. Команду "неопытного” политика пытаются ослепить блестящим приемом и яркими впечатлениями, чтобы отвлечь от вни-мательного изучения предложенных для подписания Докумен-тов. Однако в Вашингтоне недооценили его компетентности и уверенности в благоприятном исходе дела, которое опиралось на стратегический интерес самих американцев.
Газета "Нью-Йорк тайме” 24 октября 1993 года в связи с такими "неувязками” опубликовала пространный материал Элейн Сиолино под броской шапкой: "Казах использует Аме-рику для повышения своей репутации”. Вот лишь один фраг-мент: «Президент Казахстана сыграл в политику сегодня с Со-единенными Штатами и победил. Было запланировано, что президент Назарбаев и госсекретарь Уоррен Кристоффер под-пишут и отпразднуют техническое соглашение, которое в дета-лях расписывает то, как Казахстан потратит 85 миллионов дол-ларов американской помощи для демонтирования ядерного оружия.
Но когда г-н Кристоффер сегодня утром прибыл в кабинет Назарбаева, казахский лидер предложил ему отложить свою ручку. "Конечно, Казахстан желает подписать соглашение, - сказал он, - но только ... лицом к лицу с Клинтоном”.
В декабре 1993 года прибыл вице-президент США А.Гор. В ходе длительного разговора с глазу на глаз Назарбаев разъяснил ему, почему занял именно такую позицию по ядерному во-оружению. В конце концов во время следующего визита Назар-баева в США и встречи с У.Клинтоном были выполнены все условия Казахстана.
Только после всего этого мучительного марафона начались реальные переговоры о подлинных гарантиях со стороны меж-дународного сообщества. И тогда Казахстан принял решение о принятии статуса безъядерного государства, о поэтапном выводе и ликвидации этого страшного оружия. Такая разумная политика позволила перейти к новому этапу развития Договора о нераспространении ядерного оружия. В момент распада СССР в декабре 1991 года Казахстан подписал с руководством России, Украины и Белоруссии соглашение о совместных мерах в отношении ядерного оружия, в котором подтвердил свою приверженность его нераспространению.
"В мае 1992 года был подписан Лиссабонский протокол о нераспространении и постепенном демонтаже и вывозе ракетно-ядерного оружия в Россию с возмещением Казахстану стоимости урана в ядерных боеголовках. В целях упорядочения данного процесса и контроля за деятельностью предприятий, задействованных в добыче и переработке урана, разработке и осуществлении государственной политики в области использования атомной энергии, моим указом было органи-зовано Агентство по атомной энергии Республики Казахстан. Таким образом, ратификация Договора о нераспространении ядерного оружия была подготовлена целым комплексом доку-ментов. Кроме того Казахстан первым в СНГ ратифицировал Договор о сокращении стратегических наступательных воору-жений. Была создана правовая основа для безопасной транс-портировки, хранения и уничтожения ядерного оружия. На эти цели республике было выделено 84 миллиона долларов. Стрем-ление Казахстана к безъядерному статусу поддержали многие страны мира. Япония обязалась внести свой вклад в решение этой проблемы. Был создан совместный Комитет по сотрудни-честву в уничтожении ядерного оружия на территории Казах-стана.” 
Можно представить, скольких нервов понадобилось На-зарбаеву, чтобы обезопасить Казахстан от посягательств извне.
Добровольно лишившись ядерного оружия, Казахстан от-ныне должен был усилить активность по его нераспространению во всем мире. Теперь он кровно заинтересован в этом, так как речь идет об укреплении общей безопасности на планете. Находясь между Азией, Европой и Севером, он является лучшим проводником этих идей, так как в силу своего местонахождения входит полноправным членом как в европейские, так и азиатские международные организации и финансовые структуры.
СНГ им воспринимается не как государство, не наднацио-нальное образование, а как механизм регионального взаимо-действия, функционирующий по аналогу с Европейским союзом.
Спустя время, Казахстан еще раз продемонстрирует свою приверженность идее ядерного нейтралитета. 30 сентября 1996 года, когда по поручению Нурсултана Назарбаева министр ино-странных дел К.Токаев подпишет от имени Казахстана текст Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, и на проходящей в эти дни 51 -й сессии Генеральной Ассамблеи ООН он распространится в качестве официального документа.
Нурсултан Назарбаев твердо отстаивает позицию - защита интересов страны должна осуществляться не военной силой, а экономическим ее положением, притягательностью культуры. Нужна здоровая денежная единица, хорошая добротная про-дукция, высокие технологии и много прекрасной музыки, чу-десных картин, хороших романов. Вот чем определяется уро-вень цивилизованности народа, вот что является национальной идеей. Умный, здоровый народ, умеющий работать и любящий прекрасное - чего еще может пожелать политик! Когда Назар-баева упрекали за то, что он, якобы, недостаточно твердо от-стаивает свою позицию по отношению к выражению интересов коренной нации, поддается интернациональной идее и не думает о нуждах казахского народа, он не старался разубеждать каждого в этом. Но его национальная идея была сильна именно тем, что он как раз думал о своем народе, когда старался сохранять мир и спокойствие в стране. Он понимал, что только в здоровой, исторически уже сложившейся конкуренции казахи могут быстро развиваться и выходить на мировую арену. И он предпринимал все, любя и жалея свой народ. Именно поэтому приоритетными ему представлялись не интересы коренной нации, а всего казахстанского народа. Только такая установка могла быть действенной на многонациональной земле Казахстана. Это он прекрасно понимал и старался по мере воз-можностей передать свое видение мира последующим поколе-ниям.
14 феврала 1994 года Казахстан стал членом МАГАТЭ - Международного агентства по атомной энергии. 24 июля было подписано Соглашение о гарантиях, которое было ратифици-ровано Указом Президента Назарбаева 23 июня 1995 года. Это означало, что республика отныне должна гарантировать безо-пасность в отношении всего имеющегося у нее специального расщепляющегося ядерного материала в пределах своей тер-ритории и чтобы этот материал не применялся для создания ядерного оружия или каких-либо взрывных ядерных устройств.
И тогда Назарбаев не стал оставлять в своей стране, чтобы не подвергать в будущем опасности свой народ, даже имеющи-еся запасы урана. На складах Ульбинского металлургического завода почти 20 лет хранилось около 600 килограммов высоко-обогащенного урана. В связи с тем, что Казахстан присоеди-нился к ДНЯО и ему невыгодно было нести затраты по охране топлива, более того, это становилось опасным и для Казахстана, и для всего мира, было принято решение продать этот уран. Некоторые заинтересованные страны проявили интерес и пред-ложили закупить сырье. По понятным причинам им было отка-зано. Начались переговоры с США, которые заверили, что уран будет находиться в надежных руках и не станет служить воен-ным целям. Была проведена операция "Сапфир” по вывозу смер-тоносного груза в США. Президент США У.Клинтон дал высо-кую оценку завершившейся операции: "Мир избавлен от еще одной угрозы ядерного терроризма и распространения ядерного оружия. Я ценю лидерство в этом Президента Н.Назарбаева”. По оценкам Пентагона, этого урана было достаточно для производства 20 ядерных бомб. Для подготовки материалов к транспортировке на территории Ульбинского завода была со-оружена мини-лаборатория. Около 30 американских специалистов в течение месяца перегружали обогащенный уран из 7000 контейнеров в 1400 канистр из нержавеющей стали. Три само-лета С-5 вывезли это сырье из Усть-Каменогорска и доставили его на базу ВВС США в Девере (штат Делавер). Оттуда под усиленной охраной уран перевезли на завод ядерного объекта «Оук-Ридж» в штате Теннесси. Первой об этом сообщила газета "Нью-Йорк таимс”. Утечка информации произошла не с нашей стороны.
26 мая 1995 года была поставлена точка в проблеме ядерного оружия на территории Казахстана. В этот день Назарбаев в обращении к гражданам страны заявил, что последние смерто-носные боеголовки вывезены с территории республики.
Последний заряд, остававшийся под землей Семипа-латинского полигона, который невозможно было вывезти, был уничтожен с помощью обычного взрывного устройства с со-хранением всех мер безопасности.
Во время Будапештского совещания СБСЕ 5 декабря 1994 года состоялось событие поистине исторического значения. Был подписан Меморандум о гарантиях безопасности Казахстану со стороны депозитариев Договора о нераспространении ядерного оружия - Российской Федерации, США и Великобритании, которые в соответствии с принципами СБСЕ подтвердили свое уважение к независимости, суверенитету и незыблемости существующих границ Казахстана. В Меморандуме содержатся важные обязательства о неприменении силы против территориальной целостности и политической независимости Казахстана, об отказе от экономического принуждения. Казахстан считает эти гарантии адекватной реакцией на его ответственную политику в области разоружения. Впоследствии прислали свои гарантии правительства КНР и Франции.
Что такое ядерное оружие, каково его влияние на все живое, казахстанцы знают по своему опыту. К такому курсу республику подталкивала проблема Семипалатинского полигона и ши-рокомасштабные антиядерные настроения. В этих условиях объявление безъядерного статуса Казахстана было единственно верным решением. И дело не в том, что для содержания ядер-ного оружия необходимы громадные средства и специалисты высочайшей квалификации, чего в республике нет. Дело в том, что иметь ядерное оружие - это значит сидеть на двух порохо-вых бочках. Во-первых, средства массового уничтожения пред-ставляли реальную угрозу нашей безопасности в условиях не-стабильного постсоветского пространства. Во-вторых, ядерные государства держали Казахстан под своим прицелом из-за ракет, размещенных на его территории. 
Нурсултан Назарбаев с горечью констатирует, что казахстанская земля постепенно начала выздоравливать от совершенного над ней насилия. "В свое время под ядерный полигон было отчуждено 18 тысяч квадратных километров плодородной земли. 88 процентов этого массива сегодня признаны радиацион- но безопасными. 8 процентов угодий нуждаются в специальном обследовании. Но 720 квадратных километров территории загрязнены настолько, что считаются непригодными для сельского хозяйства. Особую тревогу вызывает район так называемого "атомного озера”, где на поверхности земли имеются участки с излучением в 3 - 5 тысяч микрорентген в час. На полигоне было произведено 459 ядерных взрывов, в том числе 113 в атмосфере. Они не повторятся никогда”. 
Так глава Казахстана продемонстрировал всему миру волю н политическую дальновидность, приняв решение о добровольном отказе от ядерного оружия, а также ответственность и зрелый подход к вопросам международной безопасности. Ответная реакция соседей - Китая и России, ведущих ядерных держав мира, не замедлила дать о себе знать. Они предоставили Казахстану гарантии безопасности и территориальной целост-ности.
Надо сказать, что особая полоса деятельности Казахстана на международном уровне началась, когда Нурсултан Назарбаев назначил министром иностранных дел Касымжомарта Токаева. Высокообразованный, свободно владеющий несколькими иностранными языками, скромный, человек большой работоспособности, он сумел так поставить работу Ми-нистерства иностранных дел, что за короткий срок Казахстан сумел преодолеть огромные психологические барьеры при выходе на мировую арену. Благодаря его активной и целенап-равленной деятельности заметно расширились зарубежные связи республики, возрос ее авторитет. Курс, выработанный Пре-зидентом и планомерно проводимый министром иностранных дел, не замедлил принести свои плоды на международной ниве. Умный и волевой президент Назарбаев импонировал новому министру иностранных дел. Он считал, что во главе государства должен стоять именно такой человек. В этом случае возможно рациональное распределение обязанностей и возможностей.
В свою очередь и Нурсултану Назарбаеву появление в его команде умного, образованного человека оказалось очень кста-ти. Их обоюдные усилия привели к тому, что Казахстан смог четко определиться с приоритетами во внешней политике, зая-вив миру о приверженности многовекторной политике, об ос-вобождении от идеологических предрассудков. Ими сделано очень многое в то время, когда ряд стран СНГ еще стоял на распутье. Оба они отчетливо осознавали, что для становления независимого государства международная политика имеет ог-ромное значение. И ни в коем случае нельзя противопоставлять друг другу внешнюю и внутреннюю политику. Внешняя политика способна посылать столь мощные импульсы на внут-реннюю, что на поверхность может проступить даже вопрос о самом существовании страны.
Как уже упоминалось, Нурсултан Назарбаев не мог не воспользоваться своей известностью, пришедшей к нему в период избавления от ядерного оружия. Ореол ядерной державы дер-жался определенное время, достаточное для того, чтобы Ка-захстан приобрел популярность. Утверждаться на международ-ной арене доселе не известной всем республике (ее знали лишь в составе СССР) было непросто.
Надо отдать должное ее Президенту: он прекрасно понимал это и старался пропагандировать Казахстан. Если бы не его обаяние и политический опыт, трудно сказать, как повернулись бы события. Но он твердо был убежден, что вытянет республику на высокий уровень международных отношений, пробьет брешь в мировой экономической нише в пользу Казахстана - это явилось его суперзадачей при вхождении в мировую экономику. Вот несколько эпизодов из жизни Президента Казахстана за рубежом, по которым можно судить о том, как ему приходилось утверждаться на мировой политической арене. Скажем, встреча в "Чейз Манхеттэн Бэнк”. Нурсултан Назарбаев выступает перед группой банкиров и промышленников. И вдруг один из бизнесменов задает вопрос: "А в Казахстане есть электричество?”, который мгновенно парируется Назарбаевым: ”У нас не только электричество, но даже верблюды есть”. Острота ума, эрудиция, тактичность - все это в комплексе предопределило в тот миг настроение зала, расположив публику к Президенту неведомого им еще Казахстана.
Главное, что в конечном итоге приковывало внимание в эту пору, - чувство внутренней свободы, раскованность, с каким держался Нурсултан Назарбаев. Они просматривались в его речах, ощущались в поступках, манере держаться. Наряду с тем чувствовалось, что этот человек обладает сильной волей и ре-шительным характером. Американцы, несмотря на внешнюю сдержанность, - эмоциональный народ, умеющий должным образом оценить и чувство юмора, и ораторские данные Пре-зидента далекого государства, страны, наполненной, по слухам, сказочными природными богатствами. Не удивительно, что после посещений Нурсултаном Назарбаевым США, двери Ка-захстана не закрывались от американских посетителей.
Встречался Нурсултан Назарбаев и с папой римским, кото- ый произвел на него огромное впечатление прежде всего своей эрудицией, высочайшей культурой, тем, что держался так просто и естественно, что можно было подумать, что они давно знают друг друга. Его внимание привлекла осведомленность папы: тот был в курсе всех мировых событий и на все имеет свою точку зрения. Эти встречи не проходили бесследно для Назарбаева и тех, кто познакомился впервые с Президентом Казахстана.
Нурсултана Назарбаева волновал вопрос - как скоро опре-делит казахстанская интеллектуальная элита наиболее действен-ные средства и методы преобразования Казахстана и насколько смогут правящие круги воспользоваться ими. "Что же, еще тысячу лет будем жить, утверждая, что казахи ничего не умеют? Русские знают рынок, они умеют работать, узбеки, турки, азербайджанцы знают, а казахи, что самые тупые? Это неправ-да!” (7) Пользуясь такими ораторскими приемами, он добивался одного: всколыхнуть свой народ, пробудив в нем честолюбие.
Он чувствует, что наступила пора в жизни Казахстана, когда остро обозначается социальный заказ в формировании избран-ных личностей, элиты суверенной республики, которая должна выработать целый мир форм и структур мышления, созерцания, любви и ненависти, вкуса и чувства стиля. Она - тот исходный пункт, из которого все структурообразование передается массе. Воспринимая "элиту” в плане образованности, в процессе чего в человеке складываются формы и структуры рассудка, мышления и характера, чувствования, ценностного отношения, волеизъявления, Нурсултан Назарбаев прекрасно понимал, что теперь ей нужно было придать новый импульс в развитии. В силу социального устройства общества элита приобретает те или иные черты. Он вновь поднимает вопрос об элите потому, что в период перехода от одной формации к другой она размывается, а ее отсутствие в качестве доминантного голоса приводит к нестабильному, непредсказуемому состоянию общества. Он считает, что если интеллектуальная элита по тем или иным причинам не готова выдвинуть эффективную концепцию реформ, то процесс идет методом проб и ошибок. А данный ход вещей также достаточно опасен. ’’Элита должна отличаться не только своей способностью выразить общенациональный интерес, сформулировать общенациональные цели и тем самым повысить планку самооценки народа, но и указать пути достижения этих целей. Еще более сложной задачей, стоящей перед элитой, является мобилизация общества на решение этих задач, повседневная деятельность по их реализации.” 
Нурсултан Назарбаев, обеспокоенный судьбой казахстанской экономики, защищает диссертацию на соискание степени доктора экономических наук. Защита проходит в Москве в Ака-демии социальных наук.
Назарбаев отдает дань российским ученым, говоря о том, что без их помощи становление Национальной академии вряд ли прошло бы столь успешно. Он воздает должное первым ученым, заложившим фундамент казахстанской науки. Вместе с тем Назарбаев подчеркивает, что важнейшим условием ускорения технологического продвижения является государственная политика поддержки науки и техники, направленная на по-строение экономически процветающего общества. Однако сразу же делает оговорку, что такая направленность характерна для развитых и бурно развивающихся стран. Казахстан же нахо-дится в переходном периоде с присущим ему кризисом в эко-номике, а значит с ограниченностью финансовых средств. По-требность в научных разработках снижается, но возрастают требования к качеству научных исследований.
С глубоким сожалением Нурсултан Назарбаев констатирует: по большому счету казахстанская научная мысль не внесла особого вклада в осуществление общественно-политических и социально-экономических преобразований, в разработку столь необходимой методологии переходного периода. Все его попытки, предпринятые им еще со времен работы с Кунаевым, активизировать работу в Академии наук РК не привели к ощути-мым результатам. Бросалась в глаза гуманитарная направлен-ность науки в Казахстане, но и она в конечном плане сводилась к общественным наукам. Последние Назарбаев характеризует с точки зрения "хвостизма”, то есть налицо умение обслуживать доктрины руководящей верхушки, что является, по его мнению, тяжелым пороком, доставшимся в наследие от советского прошлого. Не удивительно, что в переходный период ученые расписались в своей теоретической беспомощности при попытке определить пути развития Казахстана.
Нурсултан Назарбаев не может не предъявлять счет казахстанским ученым, от которых он вправе ожидать и высоких технологий, и реализации в полной мере возможностей про-граммно-целевого метода планирования, организации и прове-дения научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ.
Фиксирует он и отсутствие интеграции науки и образования при решении задач сохранения и развития накопленного в республике научно-технического потенциала, особенно в деле подготовки высококвалифицированных кадров. Да, система высшего образования сформировалась в рамках определенной социально-экономической формации. Совершенно очевидно, что на систему высшего образования прямо повлияли ориентация и организация социально-экономической и производственной сфер по узким направлениям отраслей и ведомств. Подписанное в 30-е годы Л.Кагановичем поста-новление привело к тому, что начался массовый переход к узкопрофильным высшим учебным заведениям. В результате был нанесен серьезный ущерб общей подготовке специалистов. Неудивительно, что в Казахстане долгое время существовал только один университет - КазГУ, сущность которого, как и университетов вообще, состояла в совокупности фундаментальных наук (естественно-научных и гуманитарных), а также различных отраслей народного хозяйства и культуры.
Именно университет в силу своей специфики призван сфор-мировать научную основу той картины мира, которая составит ядро внутренней духовной сферы человека. А их-то в СССР, начиная с 30-х годов, становилось все меньше и меньше. Науч-но-исследовательские коллективы все больше и больше попол-нялись специалистами узкого профиля. А в результате, как кон-статирует Назарбаев, "в 80-е и в начале 90-х годов наши науч-ные бюрократизированные структуры не могли конкурировать с научными коллективами, работавшими в ведущих западных странах”.
Все очевиднее становится роль университетов в Республике Казахстан. Не случайно система высшего образования сегодня ориентирована на университезацию, а, значит, на фунда- ментализацию. Таков социальный заказ Казахстана, обретшего свою самостоятельность. В этом плане процесс свертывания, объединения, сокращения узкопрофильных вузов и переход к системе университетов с ориентацией на фундаментальные знания вполне объясним.
Назарбаеву очень важно, чтобы к власти приходили люди не столько молодые по возрасту, сколько современно, нестандартно мыслящие, чувствующие перспективу. И таких людей, констатирует он, сначала в Казахстане было мало. Но вот при помощи Европейского союза был создан Казахстанский институт экономики, менеджмента и прогнозирования. За годы суверенности Казахстана, с гордостью говорит Назарбаев, из него вышли 350 молодых людей, знающих иностранные языки, име-ющих звание магистров экономики и управления. Есть и программа "Болашак”, по которой государство обучает 500 студен-тов в Западной Европе и Америке. Вернувшись, они вольются в новую казахстанскую элиту. По договоренности с президентом Миттераном в Казахстане создана высшая школа управления по типу парижской. В ней готовятся профессионалы, которые будут занимать посты министров, руководителей областных, районных звеньев.
Нурсултан Назарбаев считает, что наука и новые технологии в Казахстане еще не выдвинулись на роль важнейшего фактора экономической стабилизации. Промышленность и сельское хозяйство остаются невосприимчивыми к передовым тех-нологиям. Назарбаев с горечью говорит о том, что с конца 60-х годов "представители нашей науки практически перестали вхо-дить в круг наиболее выдающихся ученых мира. После войны резко сократилось количество нобелевских лауреатов, а те, кому была присуждена эта премия, были людьми преклонного воз-раста”. Развивая свою мысль, он подчеркивает: "... та редкостная концентрация интеллекта в сфере науки и технологии была достигнута в годы сталинизма за счет содержания в закрытых научно-исследовательских коллективах выдающихся ученых. Ведь тогда еще можно было опираться на фундаментальную научную школу, сложившуюся в России в дореволюционное время или в первые десятилетия существования Союза.” 
Справедливо отметив, что Академия наук должна быть ге-нератором идей, лидером и разработчиком инновационных про-ектов, он стремится к тому, чтобы ученые вышли на мировую арену со своими разработками, чтобы имена казахстанцев за-звучали в мировом контексте, приумножив тем самым славу Казахстана на международной арене.
Не дождавшись ощутимых результатов, он вынужден был поставить вопрос о слиянии Министерства науки и новых технологий с Академией наук. Главным аргументом Нурсултана Назарбаева была необходимость проведения реорганизации Академии в соответствии с новой Конституцией Казахстана. Дело в том, что Академия наук - общественная организация, и не может заниматься распределением государственных средств между институтами. Нурсултан Назарбаев высказал горькую правду о том, что казахстанская наука, к сожалению, в последние десятилетия была лишь незначительным фрагментом Академии наук СССР, провинциальной Академией наук, что и обнаружилось после распада Советского Союза. Вся Академия по сути превратилась в Академию общественных наук, а сами общественные науки, в свою очередь, были слишком зависимы от руководящей роли партии. По мнению Президента, доктора экономических наук, академика, казахстанская Академия наук должна быть такой организацией, которая приумножает интеллектуальный запас страны.
Надо сказать, что Нурсултан Назарбаев нашел в лице акаде-миков взаимопонимание: он беседовал с ними не только как президент, но и как ученый, страстно желающий процветания своей родине. Он был не только на равных, находясь, по сути дела в эпицентре интеллектуальной элиты страны, но и выше, так как его видение проблемы уходит далеко за горизонт. Его тревожит, что существующие проблемы в Казахстане не реша-ются собственными силами, тогда как существует целая армия научных академических работников. Он полон искреннего же-лания поднять научный уровень исследований, чтобы выйти на мировую арену, чтобы Казахстан мог заявить о себе как об ин-теллектуальной стране. Но он был одинок в своем желании. Иногда ему казалось, что он идет в гору с огромным грузом на спине. И когда он ждет поддержки со стороны самых интел-лектуальных сил в Казахстане и не находит ее, он образно пред-ставляет такую картину : вместо того, чтобы этот груз на его спине был поддержан, подхвачен руками снизу, напротив, те люди, от которых он этого ожидает, еще и садятся сверху на этот груз. В эти минуты он вдруг остро чувствовал свое одино-чество... Но чем тяжелее ему приходилось, тем мудрее и вы-держаннее он становился.
1992 год для стран СНГ был годом упоения своей суверенностью. Казахстану, как и другим бывшим республикам СССР, казалось, что он богат ресурсами и может за их счет выйти на мировой рынок, а, следовательно, будет обеспечено всеобщее процветание. Это был романтический период в жизни респуб-лики: людям казалось, что стоит только протянуть руку к ог-ромным запасам природных ресурсов, как тут же посыплются отовсюду все блага жизни. Очарованные этой перспективой, они не видели того, что видел и знал их Президент: процесс структурного распада с отрицанием любого положительного опыта, уже накопленного в период кризиса, продолжается. Ста-новилось все ясней, что нынешняя структура общества не имеет гражданского характера, а значит не способна влиять на со-держание политики.
Тому примером выступила так называемая многопартий-ность, сложившаяся к 1992 году в основных своих чертах. За-метим, что ни одному движению, ни одной партии не удалось навязать свою позицию Президенту, а тем более оказать значи-тельное влияние на реальную политику и власть. Когда цент-ральные газеты трубили о том, что нас спасет многопартийность, которую представляли важным элементом демократи-ческой политической надстройки общества, механизмом кон-курирующих между собой политических сил, борющихся за обладание государственной властью и влияние в обществе, ник-то и подумать еще не мог о том, что многопартийность в Казахстане - это прежде всего показатель однородности социальной базы. Как истый патриот, уверовавший в необратимость ры-ночных процессов, Нурсултан Назарбаев видел, что казахстанская многопартийность отражала лишь узкие взгляды полити-зированной верхушки общества, но не затрагивала глубинные слои населения. Появление новых и новых партий, движений уже настораживало, так как за ними не скрывалось больших социальных групп. Сколько бы их ни было - суть не менялась - общество оставалось безгражданским. Не удивительными для него были и многочисленные высказывания такого рода на стра-ницах "Казахстанской правды”: " Если взять программы суще-ствующих в Казахстане партий, то бросается в глаза схожесть основных их положений. Уберите из заголовков их наименова-ния, и уже трудно определить, к какой из них относится тот или иной текст. Вся "политическая мудрость” сводится к общим требованиям рынка в экономике и реализации суверенитета республики в политике. Но что примечательно. Когда следует наивное предложение о необходимости объединения всех партий в одну (поскольку у них фактически одна программа), то тут у их представителей возникает некоторое замешательство, а вслед - разъяснения о том, что у нас интересы - одни, а у тех - другие, вместе нам не договориться”. (8) Они передавали подлинную картину функционирования многопартийности в Казахстане, еще и еще раз подтверждая догадки Президента, подчеркивая общую тенденцию к сохранению безгражданско- го общества.
Такой расклад сил в обществе свидетельствует о том, что оно не готово к вступлению в рынок, так как тот предполагает систему многих существующих в нем субъектов. Совершенно определенно можно сказать, что в 1992 году партии в Казахстане в основном отстаивают интересы отдельных национальностей - "Азат”, "Алаш”, "Единство”, но для выражения интересов социальных пластов населения им еще далеко. Тому примером является и партия Олжаса Сулейменова "Народный конгресс Казахстана”, которая, принимая политическую программу президента по части развития Казахстана, выдвинутую им национальную идею республики, выражала несогласие с ори-ентацией и установкой кабинета Кажегельдина на методы "шо-ковой экономики”. К Олжасу Сулейменову у Нурсултана На-зарбаева выработалось в процессе знакомства с ним как с че-ловеком и поэтом двойственное отношение. С одной стороны, он ценил в нем Поэта, с другой - понимал его как человека, видел его сильные и слабые стороны.
Он не был очарован им, потому что был политиком, главой государства, в котором кроме поэтов, людей науки, были еще массы других, несхожих между собой людей, которые также хотели видеть Казахстан сильным, процветающим государством. Отлично понимая, что как интеллигент Олжас Сулейме- нов страстно желает вступить в бой, выразив свое несогласие с теми процессами в стране, которые, с его точки зрения, являются негативными, и ощущая его воздействие на широкие слои населения, Нурсултан Назарбаев понимал, как далеко это еще от того, что называется властью. Критицизм - это еще не все. Нужно знать сам механизм реализации идей. А его-то как раз зачастую и недостает даже самым прогрессивным деятелям Казахстана. Прогноз Олжаса Сулейменова о том, что к середине 1996 года уровень жизни казахстанцев должен быть выше прежнего, не оправдался. И тогда тот с чистым сердцем прини-мает предложение Президента о своем назначении Чрезвычай-ным Полномочным Послом в Итальянской Республике, а дви-жение "Народный конгресс Казахстана” остается без лидера.
Олжас Сулейменов на время отсутствия избран почетным председателем "Народного конгресса Казахстана”. Совершенно очевидно, что до настоящего политика, за которым стоит определенная народная сила, он так и не дотянул. Иными сло-вами, основную цель своей деятельности его партия видела в способе усовершенствования власти.
В принципе все созданные партии в Казахстане хотя и в раз-личной степени, но поддерживали президентскую власть, на-правляя острие критики в адрес правительства. Такое положение выступает показателем еще не наступившего социального раскола в обществе, с одной стороны, а с другой, - что и президентская власть в принципе вполне может обойтись без поддержки политических партий и движений. Нурсултан На-зарбаев открыто заявляет: "Существенным своеобразием ста-новления партийной системы в Казахстане является ее фор-мирование "сверху”. Первое широкое народное движение Невада - Семипалатинск возникло в результате моей поддержки требования запрета на ядерные испытания. Без поддержки руководством республики в условиях еще достаточно сильной власти центра антиядерное движение неминуемо столкнулось бы с жестким подавлением... Общенациональный консенсус позволил мне 29 августа 1991 года подписать Указ о закрытии Семипалатинского испытательного ядерного полигона.
Поворотным событием, открывшим дорогу для становления многопартийности, стал распад СССР и его цементирующего элемента в лице КПСС. В сентябре 1991 года Компартия Казахстана приняла решение о преобразовании ее в Социалис-тическую. Это был логичный выбор. Она коренным образом должна была изменить свои функции. Социалистическая партия, утратив функции правящей, государственной партии, с этого времени должна была добиваться авторитета в массах собственными силами. В июне 1992 года была образована партия Народный конгресс Казахстана, в феврале 1993 года - новый союз Народное единство Казахстана, впоследствии преобразованный в партию. Назарбаев поддержал обе партии, принял участие в учредительных мероприятиях. Ему импонировали заявки этих партий на политический центризм, так необходимый стране. В 1995 году была создана Демократическая партия Казахстана. Ее образование рассматривалось как попытка рационального осмысления и решения стоящих перед обществом проблем переходного периода.
Однако, политические партии так и не смогли до сего вре-мени преодолеть болезни роста. Перенять демократию, импортировать ее невозможно. Она должна стать образом жизни, спо-собом политического мышления, средством организации обще-ства и управления им. Пока же демократия рассматривается лишь как возможность и средство борьбы за власть. Много-партийность доводится до абсурда. В сочетании с острыми со-циальными, политическими, этническими, конфессиональными, клановыми конфликтами это превращает плюрализм и по-литические свободы в пустые лозунги. 
Не удивительна в этом свете и реакция Нурсултана Назарбаева на обращенные к нему вопросы по поводу его отношения к оппозиции. В 1995 году он еще не считает, что она существует. Под оппозицией Нурсултан Назарбаев понимает и соци-альную расстановку сил, и наличие серьезных альтернативных программ развития Казахстана, и конкуренции подготовленных партиями и движениями программ. Он четко разделяет много-партийность и оппозицию. Партий в Казахстане много, но это еще не означает, по его мнению, что они носят оппозиционный характер. Более того, он не видит и того, чтобы партии пользо-вались большим уважением в народе. Иными словами, он не против оппозиции по принципу : "На то и щука в море, чтобы карась не дремал”, но и не находит основы для ее мощного про-тивостояния.
Похожие материалы:
Просмотров: 1350

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Мы в социальных сетях







Сообщества в данный момент находятся в стадии разработки.
Мини-чат

200
Это полезно
             Ежедневные курсы валют в Республике Казахстан          
Вы можете выбрать другой город, если город в информере погоды определен неправильно.