Соломон как всегда прав
0

Банальная, извечная истина: "кадры решают все". И это святая правда. Даже из нашей недавней истории мы знаем, что справный, рачительный хозяин мог напрягшись свернуть горы. В бригадах, колхозах, заводах, полках и дивизиях. Новые времена - новые кадры. Но не с загребущими руками, а честные, высокообразованные люди. Желательно молодые, с мозгами наркомов и принципиально мыслящие, которые в тридцать лет творили на нашей земле малые и большие чудеса. Хочется воскликнуть: "Ау, где вы сегодня, добрые молодцы?!" И когда у вас заслезятся глаза, проезжая на своих "Вольво" мимо завода, где тридцать-сорок лет проработали ваши родители. Вы мчите в банки, на оптовые базы, чтобы, скупив по дешевке сиюминутный дефицит, загнать его по выигрышной цене не очень богатым согражданам.
Покупайте. Продавайте. Но подумайте и о тех, кому сладок был запах родного цеха, фермы, завода.
У нас много сегодня смышленых ребят, которые грызут гранит науки в америках и европах. Но не секрет, что наши престижные вузы прибавляют ума и знаний ничуть не меньше, чем за бугром. И корни у нас, казахстанские корни, намного покрепче...
А с кадрами у нас сегодня, скажем по-совести, дела обстоят неважнецки. Лучшие ушли на лучшую зарплату, худшие приноравливаются: юлят, лебезят, принюхиваясь к жирному пирогу.
Но, как говорится, каждому свое. А чехарда в кадровой политике - это наш сегодняшний бич. И речь прежде всего идет о руководителях среднего и высшего эшелонов.
Сто раз был прав царь Соломон, когда говорил, что страна отступает от закона, когда в ней много начальников. Вот поэтому Президент жестко приступил к реализации стратегии коренного реформирования правительства республики и его многочисленных чиновников. И на местах, и в центре правительство будет сокращаться, и этот процесс не кампания, а долгосрочная программа.
Казахстану нужна современная мобильная государственная служба, способная реализовать приоритетные цели.
Некогда КПСС старалась и контролировала все маломальские подвижки в движении и росте кадров. В цивилизованных странах более 80 процентов того, что советское государство пыталось контролировать, не входило в его функции.
Н.Назарбаев сформулировал семь пунктов, суть которых заключается в следующем: это компактное и профессиональное правительство, сконцентрированное на выполнении наиболее важных функций: работа по стратегическим направлениям; честная и четко отлаженная межведомственная координация; повышение полномочий и ответственности министров, подотчетность и стратегический контроль за деятельностью высокопоставленных лиц; децентрализация внутри министерств, от центра к регионам и от государства в частный сектор; беспощадная борьба с коррупцией; улучшение системы найма, подготовки и продвижения кадров.
Наша неотложная задача - создание небольшого и гибкого аппарата, состоящего из способных и надежных кадров, владеющих методами стратегического планирования.
В Алма-Ату, когда мы еще не отошли от эйфории обретенного суверенитета, с официальным визитом прибыл тогдашний президент Турецкой Республики Тургут Озал. Доброжелательные и любознательные хозяева попросили гостя рассказать, как его стране удалось за сравнительно короткий срок совершить экономический прорыв и резко поднять жизненный уровень населения. Он ответил: "Когда у нас возникают хозяйственные трудности, мы садимся и начинаем думать, чем можно помочь предприятию. Когда такая же ситуация складывается у вас, вы созываете совещание и говорите о чем угодно, только не о деле".
Эту историю рассказал Президент Нурсултан Назарбаев на одном из республиканских совещаний, на котором присутствовали как члены правительства, так и руководители крупнейших промышленных предприятий страны, предприниматели. Иронию главы государства поняли все, посмеялись. Но большинство, судя по всему, так и не сумело сделать необходимые выводы. Иначе с чего бы это, много времени спустя, новому премьерминистру Касымжомарту Токаеву пришлось возвращаться к этой теме. Он заявил членам своего кабинета, что любые заседания не должны превышать сорока минут.
Проблема эффективности работы руководящих кадров всегда была для Казахстана острой. Волновала она и Нурсултана Назарбаева, который периодически возвращается к ней в течение многих лет. В среде политической оппозиции весьма популярно мнение, что Президент не любит, когда рядом с ним находятся яркие люди, а потому окружает себя серостью, которая выгодно оттеняет его собственную личность.
Но это явное передергивание, и с таким мнением трудно согласиться. Достаточно вспомнить тех политических деятелей, которые за годы независимости Республики возглавляли казахстанское правительство. Если оставить в стороне личные симпатии и антипатии, придется признать, что все они являются незаурядными людьми. Подтверждает этот факт то обстоятельство, что каждый из них - Узак- бай Караманов, Сергей Терещенко, Акежан Кажегельдин, Нурлан Бал- гимбаев, уйдя в отставку, не затерялись в безвестности, а продолжают находиться в сфере общественного внимания и в определенной степени формируют коллективное мнение электората. Поэтому в разговоре о кадровой политике, проводимой в Казахстане, тезис о "серости" лучше всего оставить в стороне - он явно не ко двору. Хотя и безудержные восторги также неуместны.
Приходится повториться: вопрос подбора и расстановки руководящих кадров всегда интересовал главу государства. В своей книге "Без правых и левых" он постоянно возвращается к этой теме. Но в то время, когда эта работа увидела свет, у нас не было опыта, кроме советского. И Нурсултан Назарбаев глубоко осмысливает его, поражаясь происходившему все больше и больше. В самом деле, как прикажете понимать, например, такой факт.
Во времена застоя каждый регион имел в Москве "своих людей", которые лоббировали их интересы. Но к таким людям запросто тоже не подъедешь, а потому области и республики направляли в столицу посланцев, до отказа напичканных подарками. Особенно этот поток усиливался, когда в стране утверждали государственный бюджет на очередной год. "Все это достигало таких размеров, - рассказывает Нурсултан Назарбаев, - что одно время в Госплан СССР даже запретили заходить с сумками. Но к этому ограничению быстро приспособились: оставляли подношения и угощения в ячейках при входе, а тому, кому это предназначалось, звонили по телефону. Никогда не забуду, как мои умудренные опытом предшественники на полном се- рьезе информировали меня, какой союзный министр любит молочных поросят, какой - свежие помидоры”.
Вряд ли следует уточнять, что в Казахстане ситуация была лучше. Созданная в стране насквозь коррумпированная командно-админис-тративная система часто не жаловала честных подходов и отвергала, а то и наказывала вплоть до тюрьмы инакомыслящих. Созданная коммунистами машина могла сломать любого "отступника”. Но пришли иные времена, паруса которых наполнил многообещающий ветер горбачевской перестройки.
Таких людей, не желающих жить по-старому, было немало. Но и тех, кто не воспринимал перемен, тяготился ими, а то и прямо противился, тоже оказалось предостаточно. Они фактически пронизывали все уровни исполнительной власти, а потому вольно или невольно тормозили те позитивные процессы, которые стали происходить в обществе и экономике после обретения Казахстаном независимости. Многие чиновники и управленцы так и не поняли, что новая роль государства заключается теперь не в том, чтобы принимать решения за людей. Наоборот, она состоит прежде всего в формировании условий, в которых свободные граждане и частный сектор смогут предпринять эффективные меры для себя и своих семей. Кредо главы государства в этой ситуации гласит: "Мы должны терпеливо трансформировать массовое сознание, опираясь при этом на молодое поколение, которое лучше адаптировалось к новой системе ценностей, имеет новый взгляд на будущее".
Особенно трудно пришлось нам, казахстанцам, в первый период после обретения независимости. Стремление строить рыночную экономику, следовать новым моральным ориентирам, на этом пути наталкивалось на полное отсутствие опыта. Все хотели идти вперед, а фактически топтались на месте. Положение катастрофически ухудшалось в связи с тем, что после распада СССР началось обострение негативных процессов в хозяйственной сфере республики. Дело в том, что, повторюсь, 95 процентов казахстанских предприятий управлялось из Центра. И обрыв управленческих, финансовых, административных связей вплотную подвел экономику страны к гильотине.
Чтобы не допустить полного краха, по инициативе главы молодого
государства создается Высший экономический совет, который возглавил опытнейший плановик и финансист Даулет Сембаев. Он подобрал себе в команду молодых, не обремененных старыми догмами интеллектуалов в возрасте от 25 до 30 лет. В дальнейшем многие из них, как например, Григорий Марченко, Умирзак Шукеев, стали играть заметную роль в жизни страны. Но в тот период перед ними была поставлена задача найти решения, которые должны были смягчить последствия распада СССР и начать готовиться к совершенно иной экономической и государственной ситуации. Забегая вперед, следует сказать, что, в основном, задача была решена.
Однако наш Президент этим не ограничился. Он приглашает к себе экономических советников из-за рубежа. Это американский специа- I лист доктор Чан Йан Бэнг, профессор Калифорнийского университета Аксель Леонхувуд, юрист из Египта доктор Хасан, французский предприниматель, бывший советник Шарля де Голля, много лет проработавший также в Москве Алекс Москович, известный экономист Григорий Явлинский.
Сейчас многие склонны воспринимать такой шаг Нурсултана Назарбаева в критическом ракурсе: дескать, что может понять в нашей действительности и в нашем менталитете какой-то американский специалист, пусть он даже и считается одним из авторов "южнокорейского чуда"? Действительно, доктор Бэнг проехал, чтобы познакомиться с экономически наиболее сильным областям Казахстана и был потрясен увиденным:
- Я знал, что положение драматическое, но оказывается, оно - трагическое!
Известно еще более резкое высказывание Алекса Московича:
- В Париже у меня два человека работают. А здесь их у меня семь. Но производительность увеличилась не в три с половиной раза, не в семь, а в семнадцать раз уменьшилась. Какие только подходы я не пробовал: и просил, и требовал, и стыдил, и шутил... Что я их должен палкой бить? Ничего не помогает. Они просто привыкли так работать, и это их устраивает.
Как видим, воспитание советников и опыт, приобретенный в условиях действующей рыночной экономики, и наша действительность лежат как бы в разных плоскостях. Это и дает повод для критики. И все же, думается, Нурсултан Абишевич Назарбаев оказался дальновиднее своих оппонентов, которые не учли, что экономика разных
государств развивается по единым законам и не зависит от казахстанского или какого-либо иного менталитета. Отсюда закономерный вывод: советы и рекомендации зарубежных экспертов оказались отнюдь не лишними, большинство из них в той или иной мере было воплощено в реальность.
Да и отрицательный результат давал пищу для размышлений. Не следует забывать и о том, что общение с такими людьми расширяло кругозор отечественных специалистов, позволяло им ближе и глубже понять психологию западного предпринимательства, с которым наши связи на разных уровнях крепнут с каждым днем.
Но вернемся к проводимой в стране кадровой политике. Как уже упоминалось, сегодня в стране действует пятое правительство. С выходом на арену каждое из них существенно обновлялось. Новому составу министров сопутствовала своя экономическая ситуация. Так, кабинету Узакбая Караманова пришлось работать в условиях всеобщего дефицита, предельного обострения общей ситуации в СССР, окончившегося его распадом, что привело к дальнейшему обострению кризиса.
Команда Сергея Терещенко тоже едва не угодила в цейтнот прежде всего инфляционным обвалом, достигнувшим в 1994 году 1250 процентов. Ей же выпала доля благословить, будем надеяться, в дальнюю и счастливую дорогу казахстанскую национальную валюту.
История кажегельдинского премьерства связана с удачными, по- луудачными и вовсе провальными попытками продажи иностранным инвесторам крупнейших предприятий нефтяной, горнорудной про-мышленности, черной и цветной металлургии, энергетики. По сути он извратил грамотный глобальный замысел Президента вступать в деловые отношения не с кем попало, а с финансистами, имеющими прочный авторитет на всех континентах. Кажегельдину принадлежит и сомнительная честь "оптимизации" сфер образования, здравоохранения и культуры. Его заслуга - это стабилизация курса тенге и выход республики на международный финансовый рынок перечеркивается неблаговидными делами, которыми он занимался, восседая на высоком посту.
Кабинет Нурлана Балгимбаева тоже действовал не в простых условиях. В мире разразился финансовый кризис, который больно ударил по России и рикошетом зацепил Казахстан. По формуле: в Москве аукнется, в Алма-Ате откликнется. Но даже в этой ситуации правительству удалось удержаться на конето есть избежать худшего. Правда, пришлось вводить плавающий обменный курс тенге, но он пошел лишь на пользу отечественным производителям.
В достаточно сложных условиях оказалась и команда Касымжомарта Токаева. Но насколько она окажется в своих действиях эффективна, покажет время.
Все это здесь вспоминается по одной причине. Школу высшего управленческого персонала за годы суверенитета прошли десятки человек. Причем все они - не пенсионеры брежневского призыва, а специалисты, которые продолжают активно действовать во всех сферах экономики. Можно уверенно говорить о том, что они свободно ориентируются в вопросах, связанных с созданием основ рыночных отношений, и в этом не боятся ни Бога, ни черта. Большинство из них уверенно усвоило казахстанскую науку выживания, способно на самостоятельные действия и без оглядки берет ответственность на себя.
Беда в другом. Таких людей еще очень мало - и это, кстати, одна из причин того, что мы никак не можем стабилизировать положение во многих отраслях производства, сотни больших и малых предприятий, лишенные энергичного руководства и подпитки оригинальными идеями, стоят, а их труженики зарабатывают на жизнь "челночным ремеслом" или поденкой.
Эта проблема - не порождение сегодняшнего дня. С первых дней образования Республики Казахстана было ясно, что задачу предстоит решать чем скорее, тем лучше. Именно тогда, по инициативе Президента, в Алма-Ате, на базе бывшей Высшей партийной школы создается КИМЭП - Казахский институт менеджмента, экономики и прогнозирования, а также Национальная высшая школа государственного управления. Подобных вузов в республике прежде не было. В отличие от других, лишь декларирующих приверженность рыночным отношениям, здесь действительно готовят высокообразованных специалистов, которые уверенно ориентируются в мировой и собственной экономике. Не будем забывать и о другой инициативе Нурсултана Назарбаева - создании фонда "Болашак" для особо одаренных казахстанских юношей и девушек, которых отправляют для дальнейшей учебы в лучшие университеты Запада и Америки.
Но это вовсе не значит, что только таким выпускникам обеспечена будущая карьера. Политическая и хозяйственная элита страны отныне будет формироваться по другим, нежели раньше, принципам. Хорошим подспорьем в этом деле послужит закон о государственной службе и указы главы государства, которые утвердили правила служебной этики государственных служащих. Расписано до мелочей: от наложения на них дисциплинарных взысканий, до порядка проведения аттестации работников административного аппарата.
Упомянутый закон ожидался давно и разрабатывался долго, почти три года, скрупулезно. К слову, для участия в этом деле привлекались, кроме отечественных, и зарубежные эксперты. Один из них - член Национальной академии государственного управления США Честер А.Нъюланд. Вот что он заявил:
- Мне пришлось поработать во многих странах, среди которых Венгрия, Корея, Мексика, Польша, Кувейт и другие. Я знаком со многими системами государственного управления. Но слепо переносить опыт, какую-то конкретную модель на Казахстан было бы неверным. Казахстан - особенная страна, и ее законодательство в части гос- службы также должно быть оригинальным.
Действительно, у каждой страны есть свои традиции и основанные на них принципы, которые используются при назначении кандидатов на тот или иной пост. Так, Япония пошла по пути создания такой системы карьерного роста, когда человек должен пройти все ступени, начиная с низшей должности. Но существуют и другие системы, называемые традиционными. Это означает, что человек извне может сесть в любое кресло, включая даже "верхнее". Кроме того, в мире практикуется и такая форма, которая у нас ассоциируется со словом "команда". То есть, на государственную службу люди приходят и уходят вместе со своей партией, победившей, допустим, на выборах.
В Казахстане прежде проводилась в этой сфере смешанная политика: традиционная система с элементами карьерной. Довольно часто отбор проводился да и проводится по знакомству, блату, взятках. Случалось, должности даже продавались. Нетрудно догадаться, чего можно ожидать от подобных чиновников.
Разрушит ли новый закон старый порядок? Председатель Республиканского агентства по делам государственной службы Алихан Бай-менов, который является его ярым пропагандистом и проводником, уверен в этом. Его уверенность основывается на следующем. Отныне в стране вводится законодательное разделение должностей государственной службы на политические и административные. Этот принцип направлен не только на обеспечение демократизации в сфере госслужбы, но также на то, чтобы избежать засилья политических назначенцев. На этот счет закон устанавливает четкие границы. К политическим служащим на уровне министерств относятся министр и его заместители, на региональном уровне акимы областей и их замы, а также руководители администраций районов, городов, сел и аулов. Все остальные должности в исполнительной ветви власти относятся к административным. Они составляют порядка 96-97 процентов служащих и теперь защищены законом от необоснованных увольнений при смене политических назначенцев. Всего сейчас в республике насчитывается примерно 4800 служащих центрального аппарата власти и около 73 тысяч человек, которые трудятся в местных органах управления.
И еще одно. Немаловажным нововведением является обязательный конкурсный отбор претендентов при поступлении и продвижении по лестнице государственной службы. Открытый, гласный конкурс является единственным механизмом реализации конституционного права на равный доступ к "кормилу" официальных органов власти. Хотя, если рассуждать здраво, ни один из существующих ныне методов не может полностью исключать влияние субъективных факторов. В наших условиях ими могут быть родственные связи, корысть или какие-либо другие скрытые мотивы. Но, к сожалению, в мире пока не придумали совершенного механизма подбора кадров, исключающего любые злоупотребления.
Следует отметить, что с февраля 1999 года Президент Н.А.Назарбаев распорядился ввести обязательный конкурсный отбор кандидатов в центральные исполнительные органы власти. Вопреки мнению о дефиците кадров даже при низком уровне оплаты конкурс в среднем составил четыре человека на место. Тут можно, конечно, поязвить по поводу нашей национальной любви к должностям, однако задумаемся над другим. Не является ли высокий конкурс свидетельством большого авторитета государственности? Мы ругали и ругаем чинуш, но вольно-невольно соглашаемся признать высокую роль кабинетных работников в нашей жизни. Представьте, какую колоссальную работу провел наш лидер, чтобы повернуть наше сознание в русло цивилизованной жизни?! И, кстати, авторитет администратора от этого только выиграл. Как говорит казахская народная мудрость, "Участь горькою всегда бывала у тех, от чьей работы проку мало".
Особо следует подчеркнуть то обстоятельство, что с 1 января 2000 года конкурсы проводят сами государственные органы, имеющие вакансии. Республиканское агентство по делам государственной службы сегодня задействовано лишь на первом этапе - при тестировании кандидатов. Установление на начальном этапе пороговых значений тестов будет гарантировать отсев слабо подготовленных кадров. Таким образом, процедура отбора на административную государственную службу становится максимально открытой и прозрачной. В настоящее время для отбора кандидатов разработаны тесты на знание законодательства Республики Казахстан. В ходе тестирования конкурсанты должны показать знание Конституции республики и других основополагающих документов.
В то же время, полагает исследователь, учет наших реалий обусловил введение в законодательство как открытой, так и закрытой формы проведения конкурса, что придает казахстанской модели определенную гибкость. Закрытость конкурса не означает его закрытости от общества, наоборот, он проводится гласно, но в данном случае речь идет о конкурсе только среди госслужащих. Кроме того, отличительной особенностью казахстанского законодательства является возможность внеконкурсного занятия должности внутри одного государственного органа в пределах категории должностей, а также политическими служащими, депутатами парламента и маслиха- тов.
Но вернемся к главной идее. Слово "команда" подразумевает ог-раниченный круг людей, объединенных одной целью. Однако Нурсултану Абишевичу Назарбаеву удалось этот круг настолько расширить, что следует говорить не об ограниченной группе. Речь - о национальном масштабе. А это, как известно, выдающаяся и весьма примечательная особенность любого политика.
В тридцать девять лет Нурсултана Абишевича Назарбаева избрали секретарем ЦК Компартии Казахстана. Стремительная, блестящая карьера, но он сделал ее без протекций, закулисной борьбы, а лишь благодаря личным качествам, которыми его щедро наделила природа. Пробивные сверстники Назарбаева гордились - и по праву - тем, что в свои годы возглавляли ЦК комсомола, а тут сразу секретарь ЦК партии.
Грамотный народ знает, что эта должность не синекура, а чрезвычайно трудная и ответственная работа и ведется в сумасшедшем темпе. Казахстан - это пять Франций и на этих "франциях" денно и нощно громыхают станки, могуче и грозно бьется сердце гигантов индустрии, мчат по республике сотни и тысячи поездов...
Компетентный руководитель это тот, которого разбуди ночью и он быстрее всякого компьютера расскажет, где и сколько сегодня выдадут продукции, когда войдет в строй цех в Павлодаре или Джамбуле, кто из директоров или управляющих не тянет воз, а значит...
Не надо искать дураков в высоких инстанциях. Есть ленивые и равнодушные, плывущие по воле волн, есть старички, живущие былыми заслугами и которым совсем не нужен свежий сквознячок перемен, есть чиновники "по блату", но если они никудышные профессионалы, то начальнический век их недолог. Но ошибаются все и из рук вон плохо, когда огрехи прикрываются обманом, очковтирательством. "По всей Руси великой" дурили начальников бригадиры, директора и председатели, управляющие и министры. Во имя чего? - спрашивается. Ответ прост: во имя плана.
Старшее поколение хорошо помнит, что с самых высоких трибун никогда, нигде и никто ни разу не сказал: "А мы, дорогие товарищи, план не выполнили".
За пятнадцать предшествующих перестройке лет Казахстан более десяти раз проваливал план по промышленности. В докладах, на бумаге все гладко - план "вып" и "перевып".
Странные метаморфозы с планом происходили еще на стадии ут-верждения. Прибыль предприятий, краев, республик уходила в Москву. Москва затем раздавала "всем сестрам по серьгам", делила бюджет, ресурсы и фонды. Если "друг оказался вдруг" министром финансов или председателем Госснаба, то имеешь все шансы получить дополнительные миллионы, цемент, лес и т.д. Другим соответственно перепадало денежных сумм и дефицитных товаров поменьше. Но ведь есть утвержденный план. Но этот довод в расчет не брался и часто случалось, что намеченная программа обеспечивалась ресурсами всего на 70-80 процентов. Не план, а "Тришкин кафтан" получается! И он заведомо, запланированно не выполняется.
Но, как известно, безвыходных положений не бывает. Один из выходов: во что бы то ни стало "скорректировать", то есть снизить план. Делалось это разными способами - от методов убеждения и дружеских связей до вручения презентов, а то и взяток.
- Судьба государственных планов, - вспоминает Н.А.Назарбаев, - опять-таки с помощью телефона иногда решалась за несколько минут до наступления Нового года - 31 декабря, когда вместе с отделом ЦК КПСС, министром удавалось уговорить последнего - председателя Госкомстата".
Теперь можно вздохнуть свободно: план выполнен. Премии, награды не заставят себя ждать. Но это лишь одна хитрость. В арсенале опытных руководителей много подобных "заморочек". Сорвалось здесь, клюнет в другом месте.
Поражали Н.А.Назарбаева и волюнтаристские методы работы в решении важных экономических проблем. Побывал Нурсултан Абишевич в Семипалатинске на шубно-меховом заводе. Оборудование изношенное, продукция из-за низкого качества спросом не пользуется, а сырья, овечьих шкур в республике навалом. Воспользовавшись случаем, Назарбаев поделился идеей с Михаилом Сергеевичем Горбачевым, работавшим тогда секретарем ЦК КПСС по сельскому хозяйству и заодно курировал легкую промышленность.
- Реконструировать бы семипалатинский завод, - размечтался Н.А. Назарбаев. - Дубленки да полушубки делали бы не хуже, чем в Турции.
- А в чем проблема? - заинтересовался Горбачев.
- Валюты нет, - развел руками Нурсултан Абишевич.
- Ну это беда поправимая, - сказал секретарь ЦК и поднял телефонную трубку.
Через полгода в Семипалатинск поступило импортное оборудование. Воистину, "все могут короли!"
Другой пример, как легко и просто перекраивалась экономическая карта страны. В Кустанае построили огромный камвольно-сукон- ный комбинат - на 15 тысяч рабочих мест. В ту пору на гигантах индустрии зациклились и в Алма-Ате, и в Москве. Трудоустроили женщин, а среди мужчин полно безработных. Вычитал в какой-то газете Н.А. Назарбаев, что в Елабуге намереваются построить завод дизельных двигателей.
"В Кустанае бы он как нельзя кстати пригодился", - подумал Нурсултан Абишевич и с этой мыслью отбыл в Москву. Встретился с секретарем ЦК КПСС Андреем Павловичем Кириленко. Да не просто секретарем, а человеком, который самого Брежнева называл на "ты". Посидели, поговорили, Назарбаев заметил, что Кириленко заскучал и слушает вполслуха. Наконец не выдержал, спросил у Назарбаева:
юз
- Какие-нибудь проблемы?
Нурсултан Абишевич обсказал, что и как и Кустанаю, мол, завод дизельных двигателей необходим.
Дальнейший разговор проходил по четко выверенному сценарию. На ковер вызвали зав. отделом ЦК, из кабинета позвонили министру автомобильной промышленности и через десять минут Назарбаев отбыл восвояси с "заводом в кармане".
Интересно, что подумали в Елабуге, лишившись столь лакомого промышленного предприятия? Ведь намеревались где-то разместить его, кадры готовили... А тут десять минут - и планы города кувырком...
Не удержусь и приведу еще один анекдотический случай из этой серии. Рассказывает А.Г.Статенин, бывший управляющий делами ЦК КП Казахстана:
- Республика в очередной раз доложила о сдаче в закрома государства миллиарда пудов казахстанского хлеба. Когда наша делегация прибыла в Москву на пленум ЦК, помощник Брежнева позвонил Кунаеву и сообщил, что до миллиарда не хватает 20 миллионов пудов зерна. И этот факт станет достоянием пленума, если до конца суток не будет подтверждена дополнительная сдача. Трудно сказать, чем бы все это закончилось, если бы не... импортная зажигалка. Дело в том, что области отчитались по хлебу и им нечего было дополнительно сдавать. Кроме Кустанайской области. Тогда мы с помощником Кунаева пришли к А.М.Бородину - первому секретарю обкома партии с целью упросить его сдать эти недостающие пуды.
Бородин никак не соглашался, ссылаясь на то, что у него в области хлебосдача завершена и хлеба больше нет. Было выпито немало спиртного, но безрезультатно. Бородин стоял на своем, видимо, ожидал и надеялся, что его попросит САМ.
Я знал, что Бородин страшно любит разные зажигалки, особенно импортные. У меня была такая зажигалка. Уходя, я ему подарил ее. Ничего кроме "спасибо" не сказал Бородин. Но "спасибо" было сказано со значением.
Когда мы вернулись в гостиницу, Д.А.Кунаев спросил: "Как вам удалось уговорить Бородина? - Я сказал, что помогла зажигалка"...
Интересно, существует ли в природе зажигалка, которая стоит 20 миллионов пудов зерна? Едва ли...
О времена! о нравы! - хотелось бы воскликнуть вослед за Цицероном.
Не будем спешить с ответом. Для разрядки расскажу нравоучительную байку. В сельскую школу приехала комиссия. Посидела на уроках, поизучала журналы, побеседовала с учениками. Перед отъездом спрашивают учительницу по литературе: "Почему ученики вместо "ушел" говорят "ушедши", вместо "пришел - "пришедши". Учительница отвечает: "А они так привыкши"...
Назарбаев занял кресло секретаря ЦК среди профессионально крепких, прошедших "огонь, воду и медные трубы" высококлассных партийных вожаков и, что немаловажно, во главе с членом Политбюро ЦК КПСС Д.А.Кунаевым. На партийной работе в Темиртау, Караганде Нурсултан Абишевич накопил много полезного, бесценного, но и не размахивал кулаками, как мы помним, когда к 1 Мая или 7 Ноября в строй действующих сдавались явно "сырые" объекты. В каждом обществе, да что в обществе, в каждом коллективе, даже в семье есть свои правила игры. Приходит новичок. Вникнув в обстановку, принимает решение: согласен с условиями. Конфликта нет. Не согласен, - в этом случае он уйдет или его "уйдут". Есть и третий вариант. "Я со многим не согласен, - рассуждает новичок, - но я должен досконально изучить правила игры и, если останусь при своих убеждениях, буду бороться". Не мной придумано: "В чужой монастырь со своим уставом не лезь". Тем более, не в монастырь, а в партию.
Какой вариант из трех избрал Н.А.Назарбаев, догадаться нетрудно. Но он делал свое дело "не тихой сапой" и, постигая проблемы, неурядицы, фальшь, не безмолвствовал. Резал правду в глаза, ошибался, набивал шишки и часто убеждался, что прав тот, у кого больше прав. Но главное - не молчал.
Окончательные решения, как издавна повелось, принимал "первый". Будь то кадровые перестановки, строительство престижных объектов, утверждал кандидатуры будущих депутатов Верховных Советов, представлял к высоким наградам... Секретарь ЦК, а потом и Председатель Совета Министров республики Н.А.Назарбаев и на Бюро ЦК, и в приватных беседах с Д.А.Кунаевым докладывал об итогах проверки, проведенной по его инициативе. Приписки, очковтирательство в сельском хозяйстве, секретари райкомов, прокуроры, судьи содержат целые отары овец в личном пользовании, кто рангом повыше, возводят в заповедниках охотничьи хоромы под видом строительства жилья для населения... Сказать, что члены Бюро или "первый" безучастно воспринимали информацию Назарбаева, нельзя. Сообщения "принимались к сведению", особо зарвавшихся наказывали, но решительных действий, к чему призывал Нурсултан Абишевич, пойти всем миром против тех, кто разносит заразу, не соглашались. Не мог взять в толк Назарбаев логику "окопных" вожаков. Молодостью оправдывали поступки Назарбаева и, хоть соглашались с его доводами, но по опыту знали, что вскрывать болячки, язвы - себе дороже. Понаедут комиссии из Москвы и, кто знает, чем эти разоблачения обернутся. Словом, зачем шум поднимать? Назарбаев шум поднимал статьями, интервью в центральных газетах и видел, что его сотоварищам это не очень-то по нраву. В официальной характеристике, утвержденной Пленумом ЦК, говорится: "Н.А.Назарбаев, как член Бюро ЦК и Председатель Совета Министров проявляет высокую партийную принципиальность, достаточно хорошо подготовлен для управления экономикой республики... Необходимо отметить, что он выступал против неправильной линии руководства республиканской партийной организации, использовал для этого все имеющиеся у него возможности". "Против" и резко "против" Н.А.Назарбаев выступил на XVI съезде партии.
...Я с великим почтением отношусь к Димашу Ахмедовичу Кунаеву. Счастлив, что судьба подарила мне незабываемые встречи с этим удивительным человеком. Знаю я и о том, что в стремительном возвышении Н.А.Назарбаева немаловажную, если не первостепенную роль, сыграл Д.А.Кунаев. Он заметил его еще в Темиртау, быстрого разумом, четко и ясно высказывающим нешаблонные мысли, всегда готового пошутить или откликнуться на добрую шутку. Но Кунаев не был "мохнатой" рукой для Назарбаева. Как высокопорядочный политик, Кунаев понимал, что рано или поздно ему понадобится достойный преемник. Среди других он выделял энергичного и сильного духом Нурсултана Назарбаева.
Давайте посмотрим правде в глаза. Одним из самых близких своих друзей Брежнев называл Кунаева. И если бы Кунаев воспротивился выдвижению Н.А.Назарбаева на пост секретаря ЦК, то конечно бы Брежнев поддержал своего друга. Самого молодого премьерминистра Союза (Н.А.Назарбаев им стал в 44 года) утверждал К.У.Черненко. И он соратник и друг Кунаева. Оговорюсь сразу, Нурсултан
Абишөвич и без поддержки не остался бы в забытье: не тот характер, не та закалка. Но путь его к вершинам власти был бы поизвилистей и подлинней.
Критический склад ума Назарбаева позволил ему при утверждении Председателем Совета Министров республики сделать горький - горше некуда! - вывод: и эти люди руководят великой страной?! Три раза Черненко назначал Назарбаеву встречу и три раза откладывал ее. Будущий премьер возвращался в Алма-Ату, чтобы через неделю вновь объявиться на Старой площади. Наконец Лигачев повел Назарбаева к "Генеральному". Черненко предстал полутрупом с отсутствующим взглядом. Лигачев сказал:
- Назарбаеву сорок четыре года. Будет самый молодой премьер- министр.
Черненко пожевал губами:
- Хорошо. А сколько ему лет?..
Тягостная картина, не правда ли? И никто ведь не скажет ему: "Дедуля, сел бы ты в инвалидную коляску, укрылся пледом и смотрел бы, как копаются в песочке твои правнуки". Вместо сочувственных слов сплошь комплименты. А ведь Устав партии и лозунги призывали критиковать всех, "не взирая на лица". "Критика и самокритика, - вещали они, - дальнобойное оружие партии"...
Но вот мы и подошли к главному. Динмухамед Ахмедович Кунаев... не любил критику. Ни в адрес республики, ни в адрес семьи и, разумеется, в свой адрес. Болезненно он ее воспринимал, словно резали по живому. Убедился я в этом, к слову сказать, на личном опыте.
Лет двадцать назад я опубликовал в газете "Правда" фельетон. Назывался он "Тень на базарный день". Речь шла о заоблачных ценах на алма-атинском рынке на фрукты и овощи, о мародерах-перекуп- щиках, которые отлавливали колхозников на подступах к городу и чуть ли не задарма скупали продукцию, о жуликоватых "гаишниках", на глазах которых творилось бесправие. После публикации власти приняли меры и навели на базаре маломальский порядок. Говорят, фельетон алматинцам понравился. Но не всем.
Однажды я встретил на улице начальника охраны Кунаева, давнего приятеля Анатолия Ивановича Горяйнова. И он, что называется, с места в карьер набросился с упреками:
- Толмачев, ты что себе позволяешь? Ты кто - редактор газеты или сочинитель кляуз для Москвы? Писал бы фельетоны в своих "Огнях Алатау”.
- Анатолий, в чем дело?
- В чем, в чем... Ты весь отдых Димашу Ахмедовичу испортил. Прочитал он твой фельетон в Карловых Варах и сам не свой.
Никогда не думал, что мою критику столь болезненно воспримет первый руководитель республики! Но на этом дело не кончилось. Вскоре последовал вызов ко второму секретарю ЦК КП Казахстана Ми- рошхину. И тут я получил взбучку.
- Что это за мода пошла, - выговаривал он мне, - чуть что не так и сразу "телегу" в Москву. Могли бы написать докладную в ЦК, в обком, если очень чешется, в местной газете тиснули бы фельетон. А то сразу в "Правду".
Уходил я из ЦК и думал: конечно, нашей власти нужны Щедрины и Гоголи, но... "чтобы нас не трогали". Моя критика это, признаюсь, "булавочный укол" по сравнению с той, которую высказал с трибуны XVI партийного съезда Н.А.Назарбаев. Речь его прерывалась аплодисментами, но ни один мускул не дрогнул на лице Кунаева. Делегаты догадывались, кое-кто знал наверняка, что содружеству между Кунаевым и Назарбаевым пришел конец. Так оно и вышло.
А на дворе февраль 1986 года. Через девять месяцев Д.А.Кунаев напишет заявление М.С.Горбачеву с просьбой об отставке. М.С.Горбачев, ставший разговаривать с Димашем Ахмедовичем на "ты", с удовлетворением ее принял.
Чтобы закончить эту тему, вкратце расскажу о дальнейших взаи-моотношениях великого аксакала и первого Президента Республики Казахстан. Встречались они крайне редко. В отличие от других Нурсултан Абишевич избегал постыдного для всех казахов термина "ку- наевщина", который на все лады повторял Г.В.Колбин. Менее чем через час, когда скончалась супруга Кунаева -Зухра Шариповна, Назарбаев приехал на квартиру Димаша Ахмедовича и они долго в скорби стояли обнявшись. Когда Нурсултана Абишевича избрали первым секретарем ЦК, он на другой день отменил распоряжение Колбина и снял "гэбэшный" заслон у квартиры Кунаева: отныне любой желающий мог быть гостем великого аксакала. Резкий отпор от Назарбаева получили те, кто рвался снести бюст трижды Героя Социалистического Труда Д.А.Кунаева...
Чтобы не повторяться (да и тема сама по себе очень деликатная), я приведу цитату из книги Н.А.Назарбаева, в которой он, спустя годы после кончины Д.А.Кунаева, размышляет о его роли и месте в истории Казахстана.
"22 марта 1984 года меня назначили Председателем Совета Министров Казахстана. Я оказался самым молодым премьером в СССР. Близкое вхождение во власть в тот период вызвало двойственное ощущение. С одной стороны - желание использовать практический опыт, а школу перед тем я прошел неплохую, для улучшения экономической ситуации в Казахстане. С другой стороны, должен откровенно сказать, именно тогда мне открылись новые стороны управленческой жизни, жизни властвующих элит.
Когда-то остроумный Жан де Лабрюйер говорил:
"Если смотреть на королевский двор с точки зрения жителей провинции, он представляет собой изумительное зрелище. Стоит познакомиться с ним - и он теряет свое очарование, как картина, когда к ней подходишь совсем близко. Двор похож на мраморное здание: он состоит из людей отнюдь не мягких, но отлично отшлифованных".
Я должен сказать, что психологически мне было достаточно сложно адаптироваться к "дворцовым" нравам. А ведь по существу двор французских королей и "двор" генеральных секретарей или республиканских партийных лидеров мало чем отличается друг от друга в силу некоторых особенностей нравов любой властвующей элиты. Мой производственный, человеческий опыт был несколько иным. Работа в коллективах металлургов, близкое знакомство с шахтерским трудом сформировали во мне иные жизненные установки. Демократизм и прямота рабочего коллектива отторгают любое доктринерство. И для меня в общем-то не было проблемы выбора между делом и приспособлением ко нравам "двора". Я выбрал дело, и, как оказалось впоследствии, это привело к очень сложным коллизиям.
Думаю, нет необходимости вспоминать все детали того времени. Было у нас немало серьезных, а часто и "громких" дел в Совете Министров. Но это вызвало несколько неожиданные и непредсказуемые последствия.
Динмухамед Ахмедович Кунаев... Всегда относился к нему с искренним уважением, даже в самые трудные периоды наших отношений. Максимализм, с которым мне хотелось изменить ситуацию к лучшему и в экономике, и в кадрах, и в политике, не встретил понимания. Тогда я искренне считал, что выступаю на стороне Д.Кунаева, подвергая жесткой критике и пресекая безобразия, творимые некоторыми первыми секретарями обкомов партии и руководителями министерств. Я искренне надеялся, что Первый, убедившись в моей правоте, разгонит всех негодяев, и мы сможем действительно провести серьезные реформы в жизни Казахстана. Ведь этого требовали решения уже прошедшего апрельского (1985 г.) Пленума ЦК КПСС. Тем более необходимо иметь в виду и тот энергетический настрой, который оставил после себя Ю.Андропов. Но я не учел другого - того, что Динмухамед Ахмедович Кунаев, действительно крупный политик своего времени, почти треть века занимавший разные высшие государ-ственные посты в Казахстане, психологически, да и, наверное, физически (к тому времени ему уже было за 70 лет), по-видимому, не смог адаптироваться к новой ситуации. К тому же в Центре к власти только что пришел К.Черненко...
Я думал, что позиция Д.Кунаева объяснялась не столько инерцией мышления, не столько стремлением сохранить так называемую ста-бильность, сколько простой усталостью много испытавшего в своей жизни человека. Ведь за плечами у Д.Кунаева стояли очень сложные и напряженные годы работы в той системе. Приходилось слышать, как он сам говорил: "...устал, надоело все, доработаю до 75 лет и уйду..."
Любой управленец согласится со мной, что находиться тогда на высших постах в системе государственной власти человеку, не обладавшему административными, управленческими способностями, навыками, искусством, практически было невозможно. Жизнь показывает, что эти качества необходимы и сейчас для управления страной. Я думаю, в известном смысле это была и личностная драма, когда руководители в старческом возрасте, прекрасно сознавая свою, мягко скажем, функциональную беспомощность, сидели десятилетиями на своих постах. Помню и такой, очень интересный штрих. К. Черненко, став Генеральным секретарем, принял решение, по которому члены Политбюро старше 70 лет могли работать пять дней в неделю, к тому же с десяти до пяти часов. Не раз приходилось слышать: "Мы можем не работать, партия все сделает". Вот так...
Момент психологического несовпадения и, наверное, большая воз-растная разница тоже сыграли свою роль в этих непростых отношениях. Я сделал свое замечание о нравах "двора", вспомнил фразу Лабрюйера не случайно. Свою роль в обострении моих отношений с Д. Кунаевым в то время сыграли, конечно, некоторые первые секретари обкомов, аппаратчики, достаточно близкие и вхожие к Кунаеву. Прошло много времени. Конечно, прежние нашептывания обо мне, совершенно невероятные истории о моих замыслах и проектах уже не имеют никакого значения. Зла я на этих людей, настраивавших против меня Д.Кунаева, не держу. Более того, многим из них впоследствии помог.
После того как я стал руководителем республики, мы не раз встречались. Зашел к нему, когда умерла его жена. Он сам захаживал по разным житейским вопросам и никогда не знал отказа. Не в пример отдельным "бывшим” Д.А.Кунаев полностью отошел от политики, вел себя солидно, мудро, поддерживал проводимую сложную работу в республике, делился своим мнением об отдельных руководителях. Вспоминается такой случай в начале 80-х годов. Однажды летели мы в его самолете из Алма-Аты в Петропавловск, с юга на север республики. Вдруг он меня подозвал и шепотом говорит: "Какая у нас республика. Вот бы стать самостоятельным государством". И приложил палец к губам. Такие вещи он всегда говорил шепотом, даже в самолете. Думается, знал, что и члены Политбюро "ходят под колпаком". В год его смерти в мае звоню домой и приглашаю его полететь со мной на праздник в Ордабасы. "Зачем, - говорит, - ты хочешь меня, старика, таскать в жару? Умру еще в дороге". Посмеялись...
Много воды утекло с тех пор. Примерно за месяц до кончины Д.Кунаева я с ним доверительно беседовал. Действительно, много проблем было в наших отношениях, расходились наши взгляды на происходящие события, оценки разных людей. Но я запомнил в нашей последней беседе такие слова Динмухамеда Ахмедовича. Он сказал: "То, что ты говорил и делал, Нурсултан, оказалось правильным. Я поддерживаю твой курс..." И мне стало грустно от того, что тогда, десять лет назад, мы не пошли вместе.
Сегодня во многих республиках СНГ продолжают клеймить недавних руководителей, возбуждать дела и принимать постановления, которые оскорбляют достоинство многих бывших крупных государственных деятелей. Не понимаю некоторых политиков и журналистов, которые с восторгом чернят наше совсем недавнее прошлое. К счастью, нам удалось избежать этого. Я помню, как вся столица провожала его в последний путь. Сегодня в Алматы есть улица Д.Кунаева. Указом Президента его имя присвоено предприятию, институту, где он трудился. Сегодня работает фонд Д.Кунаева, издана и переиздана книга его воспоминаний. Мы сохранили его памятник в центре города...
Кстати говоря, мало кто знает, чего мне это стоило, особенно когда сносили памятники бывшим руководителям в других республиках. Для того чтобы читатель понял, о чем я веду речь, достаточно вспомнить конец 80-х годов в Казахстане, особенно период с 1986 по 1989 годы.
Пытаться забыть свое прошлое, каким бы сложным и трудным оно ни было, постоянно кивать во всем на предшественников - недостойно уважающего себя человека, особенно недостойно уважающего себя политика. Это не ностальгия по старым временам, это уважение к своей, пусть непростой, но родной истории. Д.Кунаев в истории Казахстана, безусловно, останется как крупная политическая фигура. Разговор о нем - это отдельная тема. Здесь же ограничусь сказанным"...
Как-то в газете "Союз" я прочитал интервью с Д.А.Кунаевым под заголовком "Ни о чем не жалею, обиды не держу..."
Корреспондент спросил:
- Как у вас складываются отношения с новым руководством рес-публики, в частности, с Назарбаевым?
- Какие могут быть отношения? Не забывайте, что я - пенсионер. А что касается Назарбаева, то я его хорошо знаю, и единственное что пожелать могу - успеха.
Ответ, согласитесь, лапидарный. Но его нетрудно дополнить. Из разговоров с Д.А.Кунаевым я доподлинно знаю, что на первых порах он горячо поддерживал новации Горбачева и прежде всего - перестройку.
Но стратегической программы, как оказалось, у Горбачева не было и в итоге во всех советских республиках начался экономический хаос. А следом - бедность, безработица, всплеск преступности. Это угнетало Кунаева. При последней встрече, прощаясь с Назарбаевым, он сказал ему:
- Я верил в тебя. И верю. 

Похожие материалы:
Просмотров: 890

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Мы в социальных сетях







Сообщества в данный момент находятся в стадии разработки.
Мини-чат

200
Это полезно
             Ежедневные курсы валют в Республике Казахстан          
Вы можете выбрать другой город, если город в информере погоды определен неправильно.