Обряд у святого Райымбека - По материалам книги "Лидер" - Каталог статей о Нурсултане Абишевиче Назарбаеве.








Обряд у святого Райымбека
0

Отцу Н.А.Назарбаева - Абишу, когда сыну исполнилось семь лет, сосед Мефодий Шаповалов как-то сказал:
- Красивый у тебя пацан, Абиш!
Абиш ответил:
- Он не только красивый, сволыш, но еще хитрый и умный...
Когда Нурсултану Назарбаеву стукнуло восемнадцать лет, он учил¬ся в ту пору на сталевара на Украине, в Днепродзержинске. Однажды в училище ребята завели полушутливый разговор с мастером Д.И. Погореловым.
- Скажите, Дмитрий Изотович, - попросили они, - кто и кем из нас станет лет через тридцать?
Мастер пристально посмотрел на учеников и, указывая пальцем, произнес:
- Ты, парень, будешь инженером, ты - начальником цеха, ты, - увы, - познаешь тюрьму и лагеря, ну а ты, Нурсултан, - Погорелов светло улыбнулся, - будешь Председателем Совета Министров Казах¬стана...
Когда мы на президентском "Боинге" летели из Австралии домой и вели откровенный разговор, я запомнил фразу Нурсултана Абишевича Назарбаева, которую для верности немедленно занес в свой талмуд.
Он сказал:
- Мне, наверное, свыше поручено именно так прожить мою жизнь. Именно мою жизнь и никакую другую.
На свет Нурсултан Абишевич Назарбаев появился 6 июля 1940 года...
...Саманное, пыльное, дружное село Чемолган. Единственная дорога, выложенная крупными булыжниками, вела в цивилизованный мир - Каскелен, где и больница, и школа-десятилетка, и шумный воскресный базар. Но через своих гонцов "цивилизация" проникала и в Чемолган. Круто разделавшись с кулаками, власть задушила и се¬редняков. Один из них классный сапожник (середняк!) Мефодий Шаповалов, у которого в помощниках значился Абиш Назарбаев, отец Нурсултана. Он продавал обувь, справленную Шаповаловым, и за это получал две пары сапог в год и десять рублей. Деньги, впрочем, по тем временам немалые. Но и они пошли на калым, чтобы женить старших братьев. Сам Абиш женился к тридцати годам. Без калыма. По любви.
История сама по себе романтическая, местами с горьким привкусом, но ее знают и бережно хранят в памяти потомки Абиша. Когда началось строительство Турксибской железной дороги, в близлежа¬щих селах и аулах поднялся переполох. Рабочим Турксиба платили живые деньги, кормили обедами. Специальности никакой не требовалось, да им и не обучали. Да и какая, скажите, нужна специаль¬ность, чтобы рушить кирками и лопатами землю, тачками волочить ее для насыпи, молотом вбивать костыли в железнодорожное полотно. На могучую стройку подался и Абиш, где его вскоре приметили начальники и поручили возглавить бригаду. Но не только начальники приметили трудолюбивого и смышленого бригадира. Опускала глаза и пунцовела при случайных встречах красавица со станции, Чу. Чу! Край света для чемолганцев, а по-нынешнему - дальнее зарубежье. Когда Турксиб вместе с многотысячной армией зэков и постоянными работниками уполз в другие края, Абиш, как и его скромная подруга Альжан, расстались. Расстались, напоследок увидев чудо: паровоз. Черный, огромный, выбрасывающий в небо густые клубы дыма.
- "Кара бука!" - взволнованно и испуганно перешептывались в мно-голюдной толпе. - Черный бык!
Шло время. На станцию, Чу, отправилось письмо. На станции Чемолган появился постоянный, хоть и нештатный дежурный, по имени Абиш. И он дождался своего часа. В один из самых прекрасных дней, он, наконец, увидел свою невесту Альжан. Она приехала на поезде, но... на крыше вагона. Что поделаешь: билеты не всем по карману.
Не зря говорят, что жизнь наша полосатая, как зебра. Радости сменяют печали, печали - радости. В счастливую и по-настоящему дружную семью, мышью, зябкой, серой тучкой проникла тревожная правда. Почти три года минуло со дня свадебного тоя, а наследников у Назарбаевых нет. Это горе для казахов, сравнимое - нет, несравнимое ни с чем. Не заполнить, Богом данную нишу, своим разумом, своими потомками, - великий и непростительный грех. Родные и близкие втихомолку, а то и в полный голос, советовали: "Абиш, пора принимать решение". "Нет!" - стиснув зубы, отвечал Абиш, и родичи знали, что твердость характера у Назарбаевых в крови и, если Абиш сказал "нет", то никакого развода не будет и другую жену он не подпустит и на выстрел.
Народ мудр, вечен, потому и велик всякий народ. Тысячелетиями, по крупицам копит он свою мудрость, хранит традиции, обычаи и самой дотошной науке не разгадать странные порой поступки хомо сапиенс. Уверовал Абиш накрепко, что ему и его жене поможет свя¬той Райымбек. Надо лишь на его могилу принести жертву и совер¬шить священный обряд. Как совершали его предки многие века назад.
Тогда могила Райымбека-батыра высилась на краю Чемолгана. Абиш с Альжан пришли туда, до последнего кусочка раздали жерт¬венного барана, а затем совершили, подсказанный верующими, свя¬щенный ритуал. Абиш снял с пояса ремень и накинул на свою шею. Затем достал полотенце, взял его за один конец, другой передал жене и первым пошел вокруг святой могилы. Семь раз они обошли мавзолей, а потом... потом - это почти через шестьдесят лет. Тогда Президент Республики Казахстан Нурсултан Абишевич Назарбаев семь раз обошел святыню всех мусульман Каабу, которая находится в центре главной мечети мира - Масджид ал-Харам. Вспоминает Н.А. Назарбаев:
- Я сказал королю Саудовской Аравии Фахду ас-Сауду о своем желании совершить хадж. И произошло невероятное. Узнав, что я совершаю хадж впервые, король распорядился разрешить мне войти внутрь Каабы. Министр по делам религии даже с места соскочил:
- Ваше Величество, но Кааба сейчас на ремонте!
Король промолчал.
- Но мы не смогли туда допустить даже глав исламских госу¬дарств...
Король коротко ответил:
- Я вам сказал...
Король Фадх проводил меня до автомашины, прощаясь, пригласил совершить полный хадж в месяц паломничества мусульман.
Затем нам с Сарой Алпысовной и младшей дочерью Алией подробно рассказали, как совершить обряд. Вооружившись такими инструкциями, мы отправились в путь...
Еще в гостинице перед выездом в Мекку надели ихрам. Нас привезли к 12 часам ночи, когда паломников было немного. Специально для нас открыли мечеть. Меня охватило непередаваемое волнение.
Глядя на Мечеть Масджид ал-Харам, на ее высеченные из белого мрамора минареты, подсвеченные ночью зеленым светом и уходящие прямо к звездам, поневоле приходишь к мысли, что все это не может быть создано руками человека, лишь Аллах мог сотворить подобную красоту. Масджид ал-Харам одновременно вмещает около миллиона верующих. Возле священного Камня днем и ночью людской водоворот. Верующий на пути к нему должен бросить камень в столбы, символизирующие дьявола. Но сначала нужно пройти между двумя горами семь раз, выпить воду из священного источника Зам-Зам.
Поклонение углам Каабы связано с тем, что мусульмане, живущие в разных уголках планеты, совершают молитвы и жертвоприношения в сторону Каабы. Если умирает мусульманин, то его хоронят головой в сторону Мекки.
Сам небесный камень отполирован руками миллионов паломников, в течение веков совершавших хадж. Как и положено, я семь раз обошел Каабу и дважды поцеловал черный камень...
Внутри Каабы и снаружи шли ремонтные работы, для нас поставили помост. По специальному разрешению короля мы вошли внутрь Каабы. У меня было такое состояние, как будто нахожусь между не¬бом и землей. А сверху будто бездонное небо, даже звезды иногда мерещатся. При входе справа стоит белобородый мулла, который читает Коран. Это одна из священных книг, которые по преданию упали с неба, листы ее из золота...
Все остальное я не помню, слишком сильным было впечатление.
Мне разрешили остаться там сколько понадобится. Король Фадх объяснил, что можно обратиться к Аллаху с просьбами, которые не-пременно исполнятся, если не сейчас, так потом. Меня часто спрашивают, что же я просил.
Видит Бог, прежде всего я просил благоденствия моей стране, народу, казахам моим...
Но вернемся на окраину пыльного Чемолгана, где свой хадж вокруг могилы святого Райымбека совершили Абиш и Альжан. Просили они у Аллаха и Райымбека одного: пусть родится сын. В глубоком молчании и с великой верой в сердцах, что мольба несчастных дойдет до Бога, они вернулись домой.
Ночью Альжан привиделся удивительный сон. Будто стоит она на берегу бескрайнего синего моря (а море она никогда не видела) и что-то подталкивает ее ступить в воду. Она делает шаг, другой - море по грудь, по шею и накрывает с головой. Она идет по дну и ровно, спокойно, как на суше, дышит. Вдруг замечает под ногами длинное-предлинное ружье.
Альжан наклоняется, поднимает его на плечи, и ружье становится, как коромысло, дулом и прикладом касается дна моря. Вышла она на берег с другой стороны. "Сын, будет сын", - разгадали ее сон ста¬рые, мудрые женщины.
И не ошиблись. Располнела, разрумянилась Альжан, голос и тот стал звонче. Но не знала, не гадала она, какие муки ее ждут при родах. День, другой, третий - жуткие схватки, но ни сельский фельд¬шер, ни знахарки не смогли помочь разродиться измученной женщине. Абиш запряг лошадь и повез жену в Каскелен. Булыжная мосто¬вая - и снова неимоверные, до потери сознания, пытки. Наконец, добрались до роддома.
Мальчик родился бездыханным. И лишь после третьего доктор¬ского шлепка мальчонка заголосил так, что у какой-то женщины начались преждевременные роды.
- Батыр! - уважительно сказал врач, когда ребенка сняли с весов: 5 килограммов 100 граммов - случай явно не рядовой.
У Аллаха 99 имен. Бабушка соединила два из них: Нур и Султан. И получил мальчик имя от роду - Нурсултан.
Увы, святое имя не уберегло мальчика от других напастей - болезней. Хоть и крупным на свет явился, но хвори, болячки одолевали его с первых дней рождения. Спал в отличие от других детей на вате: все остальное жгло огнем.
- Не жилец он, - горестно вздыхали родичи, глядя на коленопре-клоненную в бесконечной молитве Альжан.
Но выжил, выжил малец! "Всем смертям назло!" Отступили проклятые болезни, сгорела в нежарком костре вата-люлька, Нурсултан встал на ноги. Вместе с другими ребятишками бегал по двору, а потом и по улице. Однажды Нурсултан, сам не понимая почему, вдруг резко остановился и задумчиво посмотрел на гору, высившуюся неподалеку от своего дома. И в один из дней рискнул.
Исцарапанный, в ссадинах шестилетний пацан взобрался на гро¬мадный холм, и чудо открылось его детскому взору: бескрайняя зеленая долина, пламенеющие очаги тюльпанов и чистое, без единого облачка голубое небо.
- Пожалуй, это мое самое яркое детское впечатление, - убежденно замечает Президент. - Смотрел я почему-то только на север. Думаю, Темиртау хотел увидеть. - И улыбнулся.
Это был первый осознанный поступок покорителя вершины, и первая взрослая вспышка в мыслях: какая она большая и прекрасная моя Родина...
Я побывал на том холме и, может быть, стоял на том месте, где некогда широко распахнул глазенки мальчишка по имени Нурсултан. Среди всякой всячины, которая лезла в голову, застопорилась одна идея. Пройдут годы, много лет, но наши потомки вечно будут помнить, что Первым Президентом Независимого Казахстана был Нурсултан Абишевич Назарбаев. Я бы хотел, чтобы на этом холме установили небольшой памятник ли, обелиск: стоит гранитный па¬цан и восторженно смотрит на раскинувшийся под ним мир. И чтобы волосы у Нурсултана были обязательно взъерошены...
"Известия", 1991 год

Похожие материалы:
Просмотров: 2354

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Мы в социальных сетях







Сообщества в данный момент находятся в стадии разработки.
Мини-чат

200
Это полезно
             Ежедневные курсы валют в Республике Казахстан          
Вы можете выбрать другой город, если город в информере погоды определен неправильно.